– Ему была вверена южная часть Империи. Если это Холиок подстраивал убийства наших братьев, то лучшего исполнителя, чем Дэвис, не найти. Благодаря своим способностям ловца он мог незаметно за всеми шпионить, а мастерское обращение с влагой небесной делало его непревзойденным ассасином. – Тим покачал головой. – Проклятье, надеюсь, я ошибаюсь. Дэвис всегда был мне хорошим другом. Не верю, что он убил всех этих людей. Дионах Кадмон, брат Уизерспун, сестры Ругебрегт и Моргенстоун… кого-то забрала смерть, кто-то сгинул без следа.
Он прижал ладонь ко рту и, пробормотав извинение, поспешно вышел из комнаты.
Аннев с Мисти проводили его полными сочувствия взглядами, но когда дионах Маккланахан снова повернулась к Анневу, лицо ее было сурово.
– Мы хотели сохранить гибель Холиока в тайне, но теперь, когда Ханикат сбежал, непременно поползут слухи. Возможно, уже поползли. Если хотим допросить Чен и Дэвиса, действовать нужно быстро.
– Согласен, – произнес Аннев. – У меня не так много времени, чтобы охотиться за предателями: после того, что произошло, Рив навряд ли разрешит мне остаться здесь надолго.
– Даже не сомневайся.
Аннев обернулся на голос и увидел Рива, вошедшего в спальню вместе с братом Тимом. Лицо арх-дионаха было мрачнее тучи.
– Ты покинешь Анклав завтра же.
– Я надеялся, что…
– Я высоко ценю твою помощь, но закрыть глаза на это… – Рив взмахом руки обвел закопченные стены, – я не могу. Тебе по-прежнему угрожает опасность, Аннев. Холиок мертв, поэтому допрашивать некого. Ханикат сбежал, но я не могу позволить себе отправить за ним в погоню кого-то из дионахов, зная, что в Анклаве до сих пор орудуют предатели.
– Мы как раз об этом говорили, – поспешно ответил Аннев. – Есть подозрения, что дионахи Чен и Дэвис помогали Холиоку. Если бы вы их изолировали, то…
– Изолировал? – насмешливо повторил Рив. – Мальчик мой, как ты думаешь, сколько дионахов осталось в Анклаве? Две дюжины, не больше. А скольким из них, по-твоему, я могу доверять? Клянусь бородой Одара, если кому-то вздумалось сбежать – пусть бегут, я буду только рад. Сейчас меня волнует лишь одно: смогу ли я сохранить сам Анклав.
Аннев опешил:
– Вы опасаетесь переворота?
Рив кивнул.
– И просто дадите Ханикату уйти?
– У меня нет выбора, Аннев. Анклав, как и весь орден, в опасности. Я не могу броситься в погоню за предателями и еретиками, пока не наведу порядок в своем доме. Но и это еще не все. Мы только что получили тревожные вести с юга. Похоже, дело серьезное. – Он вынул из складок мантии мятый конверт со сломанной печатью.
Аннев едва взглянул на письмо.
– У нас тут тоже дело серьезное. Рив, если мы хотим отыскать Ханиката, медлить нельзя!
– Ты прав… вот, возьми. – Арх-дионах протянул ему конверт. – Прочти его и сам реши, что делать.
Аннев, предчувствуя неладное, взял письмо и настороженно спросил:
– Что здесь?
– То, что отвлекает нас от поимки предателей. Вести об осажденном городе и просьба каких-то странствующих мечтателей. – Рив кивнул в сторону Мисти и Тима. – Дионахи Маккланахан помогут мне с допросом Дэвиса и Чен. Сразу после того, как мы убедимся, что кое-кто из братьев по-прежнему верен Одару и ордену дионахов Тобар.
– Я ведь могу помочь. – Аннев сжал кулаки. – Мне это нужно, Рив. Вдруг… вдруг эти люди устроили нападение на мою деревню и Содар погиб из-за них! Нет, я должен остаться и довести это расследование до конца!
– С чего ты взял, что они имеют к этому отношение, Аннев? Холиок не имел ни малейшего понятия ни о Шаенбалу, ни о миссии Содара. Я единственный знал, где находится Содар, и сказал об этому одному лишь брату Арнору. – Рив помолчал и добавил: – А он мертв.
– Мог ли Арнор рассказать кому-то еще?
– Только лидеру своей касты.
На пару мгновений воцарилась тишина.
– Ханикат. Он все знал. – Рив дернул себя за бороду. – Проклятье. Это моя вина.
Аннев еще сильнее сжал кулаки.
– Нет, – ледяным голосом возразил он. – Это вина Ханиката, только его. Вы совершили ошибку, а он поспешил этим воспользоваться. Он замешан во всем этом, нет никаких сомнений.
– Возможно. Но мне некого отправить в погоню за ним, Аннев.
И тут Аннев понял, что должен делать. Решение выглядело очевидным – и
– Я пойду. Вы все равно хотите, чтобы я покинул Анклав. Я разыщу Ханиката и выбью из него ответы.
Рив обвел задумчивым взглядом стоящих перед ним Маккланаханов, которые за все это время не проронили ни слова.
– Твой план мне не по душе… но ты прав. Я не могу ни оставить тебя здесь, ни остановить.
Арх-дионах многозначительно посмотрел на золотую руку, от которой исходило тусклое красноватое сияние.
– Кровь и пепел, – выругался Аннев. Он спрятал руку за спину и постарался успокоиться. – Простите.
Рив кивком дал понять, что принимает извинения.
– У меня для тебя кое-что есть, – сказал он и бросил Анневу черную войлочную перчатку с прошитой серебряной нитью манжетой.
Ладонь и пальцы подарка были выпуклые, словно подбитые каким-то материалом. Аннев надел перчатку, и та идеально села на его левую руку.
