Аннев рассеянно хмыкнул. Разговаривать с незнакомцами ему сейчас вовсе не хотелось. Рука сама собой потянулась к кошельку, пусть в нем и не осталось ни монеты. Убедившись, что кошелек на месте, Аннев повернулся к мужчине вполоборота и снова принялся наблюдать за служанкой, выжидая удобный момент, чтобы заказать еды для Шраона.
– А бывает, тот, кого ищешь, глядит на тебя в упор и даже называет по имени, а ты все равно его не видишь.
Тут Аннев внимательно посмотрел на говорящего. Это был мужчина средних лет, кареглазый и темноволосый. В его облике и манере держать себя не обнаруживалось ровным счетом ничего примечательного.
– Тукас?
Незнакомец, кажется, испытал облегчение.
– Я так понимаю, вы хотели бы встретиться с одним из наших… братьев?
– Да. Он здесь?
– Он уже в столице. Вам повезло. – Тукас кивком указал на дверь. – Я переговорю с нашим общим другом, а после отведу вас в безопасное место. Скажи друзьям, чтобы были готовы.
Он соскользнул со стула и направился к двери. Аннев смотрел ему вслед и никак не мог отделаться от чувства, будто что-то не так. Вдруг на плечо ему опустилась мозолистая ладонь.
– Аннев, все в порядке? – спросил Шраон.
– Я… думаю, да. – Он через силу улыбнулся. – Кажется, я только что говорил с Тукасом.
– Вот как? – Шраон принялся озираться. – Где этот засранец? И почему он не поговорил со
Аннев махнул на дверь:
– Он пошел за Ривом.
– Так Рив здесь, в Лукуре?
– Он так сказал.
– Это весьма… странно.
– Да, – подхватил Аннев, которому с каждой минутой становилось все тревожнее. – Ты ведь думал, что он еще неделю не объявится, а Тукас сказал…
– Как он выглядел, этот Тукас?
Аннев пожал плечами:
– Не худой, не толстый. Загорелый. Такой… обычный. Неприметный.
– Волосы у него какие? Борода есть? Он… Впрочем, погоди-ка. – Шраон остановил взгляд на входной двери. Лицо кузнеца вдруг посветлело. – Говоришь, Тукас обещал привести Рива?
– Ну да. – Аннев обернулся, желая узнать, что привлекло внимание кузнеца.
– Кажется, я его вижу.
В таверну только что вошли двое мужчин. Аннев прищурился, чтобы получше их рассмотреть, однако вопреки его ожиданиям ни один из них не походил на Содара. Первым шагал лысый грязный нищий, вторым – иннистиульский работорговец.
– О ком ты говоришь? – Аннев был сбит с толку.
– Вот он идет, прямо к нам.
Мужчины приближались. Вдруг работорговец остановился, окинул Аннева и Шраона долгим пристальным взглядом и, молча развернувшись, вышел.
Бродяга же уверенно направлялся в их сторону. Даже издалека от него нестерпимо разило мочой. Его лицо чуть ли не до самых глаз заросло густой спутанной бородой; он опирался на грубо обтесанную толстую палку. Когда Аннев рассмотрел его пальцы с грязными ногтями, его перекосило от отвращения.
Нищий остановился, свирепо зыркнул на Аннева и кузнеца и повернулся к стойке.
– Виски, – хрипло потребовал он у стоящего за ней мужчины. – Глоток огненной воды, чтобы горло промочить.
– Опять ты? – рявкнул трактирщик. – Я что тебе говорил? А ну, пошел вон! Чтоб духу твоего тут не было!
Однако нищий его как будто не слышал. Он сгорбился, лицо его приобрело отсутствующее выражение. Трактирщик выругался и сунул руку под стойку, – по-видимому, там у него хранилось оружие.
Тут, к невероятному удивлению Аннева, Шраон подсел к бродяге и спросил:
– Ты пришел за огнем или водой?
Голубые глаза нищего под нависшими засаленными волосами превратились в узкие поблескивающие щелочки.
– За водой. Чистым воздухом и свежей водой.
Трактирщик, повозившись под стойкой, вытащил тяжелую дубину:
– Не смей докучать моим гостям, иначе я тебя…
– Все нормально, парень. Мы только поболтаем немного, а потом наш друг покинет это заведение. – Не отводя взгляда от бродяги, Шраон бросил на стойку монету. – Принеси ему чего-нибудь попроще.
Трактирщик пробубнил себе под нос что-то неприличное, но монету взял.
– Знаком ли ты с влагой небесной? – задал Шраон бродяге новый вопрос.
Нищий молча кивнул, наблюдая за кузнецом.
– Что, если мы пойдем с тобой и разделим с тобою нашу воду, а ты позволишь испить нам твоей воды? – предложил Шраон.
В грязных зарослях бороды мелькнула улыбка.
– Милостью Одара да поделись с ближним, – прошептал нищий и подмигнул. – Пойдемте. Отведу вас в более безопасное место.
Шраон помрачнел.
– Думаешь, нам что-то угрожает?
– Это ты мне скажи, – ответил нищий и указал на дверь.
Аннев повернулся и увидел уже знакомого рабовладельца, рядом с которым стоял не кто иной, как Элар Кранак. Таверну быстро заполняли иннистиульцы, в том числе воины, охранявшие Кранака на площади. Кранак шарил глазами вокруг, явно кого-то выискивая в толпе клиентов. Шраон, ругнувшись, повернулся к Анневу.
– Ставлю свой единственный глаз, что он сюда не на кружку эля заглянул, – прошептал кузнец. – Живо, собери остальных, да так, чтобы не привлекать внимания. Выведи их через черный ход.
Аннев кивнул.
– Наш новый друг пойдет с тобой. Встретимся у конюшни. Не разделяться.
С этими словами он поднялся и неспешной походкой направился в дальний конец таверны. Аннев медлил, собираясь с духом.
