Спустя два часа товарищи разъехались по домам, а Сталин вернулся в свой кабинет. Как обычно, он ложился поздно и просыпался ближе к полудню. Вождь уселся за массивный черный стол, раскрыл папку и стал читать различные документы и донесения. Одна из бумаг очень заинтересовала его. Она поступила от Ягоды – начальника НКВД. «Дорогой Иосиф Виссарионович, мои сотрудники (чекисты) получили сведения от надежных агентов, что писатель Булгаков уже два года как пишет роман о дьяволе. Есть подозрения, что это политический роман, так как в образе дьявола скрыт образ не то Ленина, не то Сталина. Мы установили за ним наблюдение. О том, что писатель плохо относится к рабоче-крестьянской власти, он этого не скрывает в беседе со своими друзьями». Прочитав это, Сталин написал снизу: «Пока его не трогать, продолжать наблюдение. Меня интересует его роман о дьяволе. Сталин». Это донесение взволновало генсека: когда известный писатель пишет о тебе роман и представляет тебя в образе дьявола – это слишком опасно. Ему было известно, что художественное произведение оказывает на людей сильное воздействие, и таким тебя запомнят в истории. Сталин закурил трубку. Затем стал ходить по комнате, говоря себе: «Неужели этот подлец смеет поднять руку на меня? Может, расстрелять его, объявив врагом народа?» Он ходил по комнате в слегка скрипучих сапогах, выпуская клубы дыма. Вдруг остановился у картины на стене, где были изображены лес и голубая река. «Нет, пока трогать нельзя, иначе интеллигенция сделает его своим символом, как мученика Христоса. Тем более его имя сейчас гремит. Да и пока нет достоверных сведений, обо мне ли роман. Надо это проверить».
Сталин вышел в приемную, и секретарю средних лет сказал:
– Привезите ко мне Луначарского.
– Есть, товарищ Сталин! – и секретарь поднял трубку, чтобы кому-то позвонить.
Время было за полночь, когда в просторной квартире министра культуры раздался телефонный звонок. Трубку со стены сняла его взрослая дочь, которая в это время еще читала книгу в кресле. «Да, папа дома, – ответила она спокойно, – я ему передам». Длинный коридор заканчивался спальней родителей. Да и отец уже сам вышел в халате.
– Сейчас машина приедет за тобой, от самого Сталина. Надеюсь, там тебя не арестуют, как других?
– Будем надеяться, что это не так, – и тяжело вздохнул. От страха он почувствовал в ногах слабость.
Спустя пять минут министр уже ехал в черном автомобиле по слабоосвещенным улицам. Он думал лишь об одном: зачем среди ночи стал нужен хозяину? Тревога была не напрасной, ведь за последний год ряд старых коммунистов был арестован. И для этого достаточно доноса.
А через десять минут Луначарский уже шел по коридору, вошел в приемную и оттуда – к Сталину, который сидел в кожаном кресле за обычным столом из зеленого сукна. Хозяин указал тому на стул напротив себя. Старый интеллигент с волнением опустился на край кресла, словно явился на допрос. «Из Сталина получился бы хороший министр НКВД, – подумал в тот миг старый коммунист, – он хитер, смышлен, но никак не генсек страны».
– Как дела, Иван Петрович, всё хорошо, как жена, дети, внуки? Надеюсь, всё хорошо?
– Спасибо, Иосиф Виссарионович, за внимание.
– Ну, зачем так официально, мы с тобой – старейшие члены партии, скрывались от жандармов. Скажи мне, как получилось, что в Большом театре дают спектакль «Дни Турбиных»? Сегодня я с товарищами был в театре. От нее попахивает царской властью, белогвардейщиной.
У Луначарского еще сильнее застучало сердце, и он с трудом заговорил:
– В самом начале я был против, когда ко мне обратился Станиславский с письмом. Я ему ответил, что я не могу решать единолично, так как здесь белогвардейцы. И тогда его письмо я отправил Рыкову и Бухарину – членам правительства. И они дали добро. Заверяю Вас, что я лично был против.
– Значит, ты решил свалить вину на своих товарищей. Нет, я не против пьесы. Сегодня в театре я наблюдал за народом и понял, о чем думают образованные люди в стране, – генсек с минуту помолчал и спросил: – Да, а как поживает твой брат, Алексей, говорят, он сидит в тюрьме за связь с Троцким – моим врагом? В свое время вы все восхищались Троцким – великий соратник Ленина, который совершил революцию, выиграл гражданскую войну – а где он сейчас? В Казахстане, в ссылке. Народ скоро забудет его. Но ты оказался хитер, не то что твой брат-дурак, ты выжидал, пока в этой борьбе один из нас не победил.
– Я всегда был с Вами.
– Ладно, скажи мне, этот писатель Булгаков в самом деле талантлив? Только говори правду.
– На литературном небосклоне он появился недавно. О нем мало что известно. На днях Булгаков принес в одну из редакций новый роман. Тоже о белогвардейцах, которые бежали на Запад. Читается очень интересно, концовка такая же: белые смирились, так как поняли, что против коммунистов – а значит, против народа – нельзя идти, и их тянет домой. Цензура отказала ему. Я тоже считаю, такое нельзя публиковать, хотя роман написан интересно – у него есть талант.
– Может, он напишет роман о большевиках, о нашей армии?