Для островитян Каролинского архипелага нет ничего странного или непонятного в их подходе к мастерству. Их метод идеально подходит к их среде обитания. Но от нас, живущих в век высоких технологий, подобное мастерство требует сознательного выбора в его пользу. Ведь для того, чтобы стать такими внимательными наблюдателями, мы не должны отвлекаться на различные удобства, предлагаемые современной техникой, — мы должны сохранять некоторые черты примитивности. Основные инструменты, на которые мы полагаемся в первую очередь, — глаза, чтобы наблюдать, и мозг, чтобы анализировать. Сведения, предоставляемые нам всевозможными информационными средствами, должны носить вспомогательный характер. Они —лишь небольшой фрагмент в нашей картине мира, с которым мы хотим соединиться. Между тем, мощь технологии может увлечь — тут есть от чего прийти в восторг — так, что мы начинаем видеть в ней цель, а не средство. Если такое происходит, мы соединяемся с виртуальной реальностью, а сила наших глаз и мозга постепенно атрофируется.
Вы должны встряхнуться и увидеть окружающий мир как физическую сущность, а свою связь с ним осознать как жизненно важную.
, — его сложность мы даже не осознаем до конца, а своей многогранностью и многофункциональностью он способен затмить любое современное технологическое новшество.
А. Альберт Эйнштейн — Б. Темпл Грандин
А. В первые годы жизни Альберт Эйнштейн давал своим родителям поводы для беспокойства. Он начал говорить намного позже обычного и довольно долго разговаривал неуверенно, с запинками. У него была странная привычка сначала, шевеля губами, бормотать про себя фразы, которые он собирался произнести вслух. Заподозрив отставание в умственном развитии сына, родители обратились к врачу. Вскоре, однако, речь у мальчика выправилась, а попутно обнаружилось, что он не лишен способностей: Альберт с удовольствием решал головоломки, проявлял интерес к науке, учился играть на скрипке (особенно он любил Моцарта, чьи пьесы потом играл на протяжении всей жизни).
Во время обучения в школе у Альберта возникли новые сложности. Его нельзя было назвать хорошим учеником. Необходимость механически заучивать наизусть многочисленные даты и прочие сведения раздражала его, строгость учителей и казарменные порядки выводили из себя. Хорошими оценками юный Эйнштейн похвастаться не мог, и родители, обеспокоенные будущим сына, решили отправить его, тогда уже шестнадцатилетнего, в известную более либеральными взглядами школу в городке Аарау, неподалеку от их дома в Цюрихе. В этой школе применялись методы обучения, разработанные швейцарским педагогом-реформатором Иоганном Песталоцци, который подчеркивал значение наглядного обучения, развивающего способность судить о предметах и высказывать свои суждения. Даже математике и физике здесь учили именно так. Учеников не заставляли зазубривать правила и факты — заучиванию противопоставлялась важность зрительного восприятия, которую Песталоцци называл основой творческого мышления.
В этой атмосфере способности юного Эйнштейна расцвели неожиданно для всех. Школа ему понравилась — здесь всячески поощрялось самообразование, если ученики проявляли склонность к какому-либо предмету. Благодаря этому Эйнштейн получил возможность углубленно изучать ньютонову физику (которую он страстно любил) и познакомиться с новейшими достижениями в исследовании электромагнитных явлений.
Изучая работы английского ученого, Альберт обнаружил, что у него появилось много вопросов к ньютоновой концепции Вселенной, которые волновали его настолько, что не давали спать по ночам.
