Люциус без сил опустился в кресло и прикрыл глаза, эта неделя его вконец вымотала. Конечно, он подозревал, что Тёмный Лорд в погоне за ускользнувшей от него потенциальной игрушкой пойдёт на многое, но на такое… То, что он увидел в воспоминаниях своего сына, повергло его в шок. Этого не должно было произойти! Чувство вины постоянно терзало Люца. Ведь если бы он не понадеялся на защиту своего дома в Италии, а поехал с ними сам, ничего бы этого не произошло. Но Тёмный Лорд приказал ему не отлучаться из страны, он выполнил приказ… и потерял жену. Сын теперь скрывался неизвестно где, Северус так и не смог выяснить этого. Похоже, из всего Ордена Феникса об укрытии Драко знал только Шеклбот, но он молчал. Единственное, что зельевар смог от него добиться, это Непреложная Клятва, что с юношей всё в порядке, и ему не угрожает опасность. В принципе, об этом говорилось и в письме, что немного успокоило встревоженного отца. Постепенно мысли Люциуса с Драко перешли на Нарциссу. Он вспоминал их «совместную» жизнь, и острое чувство вины и несправедливости всего происходящего опять захлестнуло его усталое сознание. Он никогда не любил её. Нарси была его другом и союзником, ей столько всего пришлось вынести от его отца, который был отнюдь не лёгким человеком. Конечно же, у неё были любовники, но она всегда соблюдала осторожность, и на его имени ни разу не появилось ни малейшего пятна. Люц всегда считал такую жизнь нормальной, и только сейчас задумался, насколько же одинока была его… союзница. У него-то, по крайней мере, был Северус, а у неё, кроме сына, близких людей не было… Ну, не считать же близким человеком её сумасшедшую сестрицу.
Щелчком пальцев подозвав к себе эльфа, Малфой-старший приказал принести себе бутылку коньяка и бокал. В поместье было тихо, все, кто был приглашён на похороны Нарциссы, разошлись. Сев дизаппарировал по каким-то «орденским» делам, пообещав вернуться часа через два. В общем, лорд был предоставлен сам себе. Он пил выдержанный коньяк, не чувствуя вкуса, и вспоминал всю эту треклятую неделю. Разбирательства в Итальянском Министерстве Магии, не сообщавшем о смерти его жены в течение почти двух недель. Перенос того, что осталось от тела Нарциссы в Малфой-Мэнор. Подготовка к похоронам. Визиты чистокровных соседей, якобы чтобы выразить своё сочувствие, а на самом деле с целью закинуть удочки на будущий марьяж. Люциус до сих пор с брезгливостью вспоминал лорда Пратчета, без лишних экивоков предложившего ему своего младшего сына. Этот тупоголовый кабан даже намекнул (с тонкостью носорога), что понимает предпочтения лорда Малфоя, и будет не против, если мальчишка переберётся в Малфой-Мэнор прямо сейчас, не дожидаясь окончания траура, а свадьбу они сыграют через год. Люциусу стоило огромного труда сдержаться и не спустить этого идиота с лестницы. Он ограничился убийственным взглядом и холодным отказом обсуждать сейчас и когда бы то ни было в будущем этот вопрос. В общем, сказать, что настроение у лорда было хреновое, значило просто промолчать. За первой бутылкой последовала вторая, и, когда вернулся Сев, сил самостоятельно подняться из кресла у Люца уже не было.
- Та-ак! Муки совести заливаем? – как всегда точно оценил ситуацию зельевар, - И как, помогает?
- Отссстань. И почммм… тьфу… по-че-му ты вссегда ведёшь себя как сволоччь?
- Потому, что я таким уродился. Вставай, Твоё Сиятельство! Пошли в кроватку! – Сев рывком поднял на ноги несопротивляющегося любовника и, оценив степень его способности к прямохождению, с обречённым вздохом взвалил его тело на плечо. Весь путь до спальни он молчал. Сняв с друга одежду и отпустив пару-тройку нелицеприятных комментариев, Северус удобно устроил уже отключившегося блондина в постели, разделся сам, обнял любовника, невербально призвал укрывшее их одеяло и провалился в сон.
Как вы понимаете, утро для лорда Малфоя не было добрым и радостным. Благо дело, зловредный зельевар не очень издевался над мучившимся с похмелья аристократом и напоил его зельем после всего лишь третьей или четвёртой просьбы. Наконец, когда в голове перестали трудиться сумасшедшие дятлы, а отступление тошноты позволило спокойно передвигаться, Люц с помощью Сева принял холодный душ и отправился завтракать. Через час уже ничто не напоминало сиятельному лорду о его былом отвратительном самочувствии. Как ни странно, этому весьма способствовали язвительные подколки зельевара, постоянно державшие Люциуса в тонусе. В общем, после завтрака друзья отправились в тренировочный зал, чтобы дать выход накопившейся злости, да и просто привести себя в надлежащую форму. Как-никак, их в любой момент могли послать в бой во имя «чего-то там», и не важно, какая из сторон являлась бы инициатором столкновения. Друзья давно смирились с этим.
