Но неприятности были еще впереди. Через неделю мне позвонили по телефону и вызвали в местное УВД. Следователь сообщил, что по факту ДТП с потерпевшим было возбуждено уголовное дело, где я проходил подозреваемым. При исследовании моей крови был обнаружен спирт в недопустимом количестве. Об этом сюрпризе я не мог даже и предположить. Откуда! Я же не употреблял в этот день! Выпитый накануне глоток коньяка в счет не шел. Я напряг мозги и вспомнил молоденькую сестричку и ватку со спиртом.
«Как я мог так лохануться! Адвокат хренов!» Теперь надо было выкручиваться и доказывать, что сам не дурак. Не дожидаясь, когда за мной приедут, я полетел в больницу. К счастью, в этот день девчонка работала. Я очень вежливо пригласил ее поговорить. Она сначала отказывалась, но узнав, что разговор будет не бесплатным, согласилась дать интервью.
– Скажи мне, Света, – неторопливо начал я. – Ты знала, что место забора крови у водителя нельзя обрабатывать спиртом?
– А я откуда знала, что вы водитель? – удивилась она. – Я дежурила на отделении, когда меня вызвали из приемного покоя. Сказали, что дежурная сестра с «тяжелым» занимается.
– Кто вызвал?
– Дежурный хирург, которая вас осматривала. Катерина ее зовут.
– Катерина, говоришь, – задумчиво произнес я. – А где она сейчас?
– В отпуске со вчерашнего дня.
Теперь было необходимо встретиться с Иваном. Информация, добытая нами с Ковалевым в Финляндии, была очень интересна. Мне не терпелось поделиться ею с Луценко. Иван был единственным человеком, кто мог реально реализовать полученные сведения. Однако флешку я спрятал и решил пока не раскрываться, даже перед Иваном. Я перестал доверять всем. Сопоставляя все обстоятельства произошедшего, пришел к выводу, что таких совпадений просто не может быть. Почти все, с кем я встречался в процессе этого проклятого расследования, уходили в мир иной в порядке живой очереди и при весьма странных обстоятельствах. Злой рок! Или…
Я добрался до города на электричке и сразу направился в управление к Луценко. Иван встретил меня радушно. Потом усадил в кресло, а сам подошел к шкафу и достал бутылку коньяка и две хрустальные стопки.
– Давай треснем по граммульке, а потом решим, что делать. – Он налил спиртное, и мы выпили. Иван оставил бутылку на журнальном столике и попросил меня пересесть к его столу: – Теперь рассказывай все подробно.
Он слушал меня внимательно и не перебивал. Когда я дошел до момента ДТП, он сокрушенно вздохнул:
– Ну, как же вы так?
– Не знаю. Он появился неожиданно, сзади. Потом столкнул с дороги.
– Номер, марку машины запомнил?
– Откуда! Все произошло мгновенно, – сказал я.
– Вот же дела! – Иван побарабанил пальцами о стол.
Я решил вернуться к наболевшей теме.
– Скажи, что с Ковалевым будет? Травма у него тяжелая, может инвалидом стать. Ты же понимаешь, что его могут списать безо всяких компенсаций.
– Да знаю я! – отмахнулся Луценко. – Но он же сам согласился в нерабочее время тебе помогать, никто не посылал. Ты кадровиков не знаешь? Им только дай повод…
– Хорошая у тебя позиция! – вспылил я. – С твоей же подачи всю эту кашу заварили! А теперь законника из себя строишь?! – Я грубо выругался. – Ковалев за общее дело пострадал! На то ты и начальник, чтобы думать. Вопрос-то яйца выеденного не стоит. Командировку ему оформи!
– Ага, в Финляндию! Да за это с меня погоны сдерут! – закричал Луценко.
– Знаешь, а шел бы ты со своими погонами куда подальше! – сказал я презрительно. Эта словесная перепалка ничего, кроме отвращения, у меня не вызывала. – Говорю серьезно, если Володьке не поможешь, я больше пальцем не шевельну.
– Ты чего раскипятился? Нельзя же так! – сказал Иван примирительно. – Решим этот вопрос, даже не сомневайся.
– Нужно было сразу так говорить, – уже не зло проворчал я. – А не в демагогию пускаться.
– Ладно, проехали, – сказал Луценко и протянул руку. – Ты мне про Волкову расскажи.
Я стал, опуская некоторые подробности, рассказывать о прошедшей встрече с Оксаной. Несколько раз я перехватывал рассеянный взгляд Ивана, и это меня удивило. Наверняка он думал совсем о другом.
– Значит, Яковлев! – медленно проговорил Луценко, когда я закончил. – Выходит, именно он организатор убийства.
– Кто там организатор, предстоит еще доказать, – сказал я. – Дмитрия тоже нельзя сбрасывать со счета.
– Разберемся, – сказал Луценко и снял трубку местного телефона: – Илья! Бегом ко мне.
Я удивленно посмотрел на него:
– Что смотришь искоса? Я Мутилова вызвал. Пускай покрутится.
В дверь постучали, и на пороге появился старший оперуполномоченный. Его волосы как обычно были растрепаны, а лицо помято.
– Ты что, поддавал? – грозно спросил Иван.
– Никак нет, Иван Николаевич. Прилег ненадолго. Рабочий день закончился, а вы приказали находиться на месте.
– Ладно, – снисходительно проговорил Иван. – Возьми с собой Корнилова и через часик в адрес Яковлева выезжайте. Он в сторону дома сейчас из области двигается. Красавца этого прямо ко мне. Пришло время побеседовать по душам.
– Есть! – бодро ответил Мутилов и вышел из кабинета.
