Всё же собрать картину ближайшего будущего удалось относительно просто — как уже отмечено, кланеры боялись облажаться или чем-то меня разозлить, особенно учитывая, что Паннао с удовольствием присоединят к себе части ещё одного клана, как минимум их собственность. В ближайшее время, уже к завтрашнему утру, кланы соберут перспективную молодёжь, которая отправится в мою школу на обучение, и с ними — финансы, ресурсы, и мастера для развития её инфраструктуры. Как говорят англоязычные, win-win… Внешне, по крайней мере. На практике сложно сказать, насколько способными учениками окажутся новые рекруты, как и чему их учить, как контролировать… множество вопросов.
И всё же, я сделал большой важный шаг на пути защиты этого мира, начав собирать необходимые для этого силы. И шажок поменьше на своём Пути Возвышения, поскольку победа над армией и переход города "под мою руку" дали мне помимо нескольких Очков Знаний и Развития два Очка Возвышения. Даже с храмом всё было хорошо — они восприняли новости о гибели первосвященника и о том, что Сакура заняла этот пост, спокойно. Я опасался, что придётся снова разгребать какие-то и их проблемы, возникшие при таких обстоятельствах, но Сакура заверила, что сможет всё решить, так что я смог наконец-то устало упасть в кровать, не забыв установить сигнальную и защитную системы.
Наконец-то этот день, и эта часть моего пути, закончены. Завтра начнётся новая его часть, но — пусть эта ночь пройдёт без проблем, принесёт немного спокойствия и мира, и сил для продолжения пути.
Надеюсь…
Наде…
Что бы ни думали крестьяне, какие бы байки не пересказывали друг другу несведующие, каие бы иллюзии ни питали верующие, но на самом деле храмы мало чем отличаются от обычных кланов. И большая часть разницы — в том, что они меньше полагаются на кровные связи. В остальном — те же интриги, та же борьба за лицо и статус, те же грызня и воровство.
Обычно. Сейчас… Сейчас ситуация в храме Орато существенно отличалась.
Никакой грызни за освободившиеся места. Никаких попыток в путанице перестановок, назначений и реорганизации прибрать к рукам что-то неучтённое и помочь исчезнуть чему-то учтённому.
Это можно было бы объяснить опасением, или даже страхом, перед проверками новой примарха, однако не было жалоб или ворчание, даже в приватной обстановке или наедине. Служители храма работали с настоящим энтузиазмом.
Часть из них, те, что невзирая на способности засиделись в нижних санах, и оказались повышены волей новой первосвященницы, старались честно доказать, что заслуживают нового поста, чтобы не потерять его. Кто-то уже имел дело с новой главой, и решили не рисковать, заметив её прозорливость и проницательность. Некоторые стремились сохранить лицо Храма, или руководствовались какими-то ещё схожими соображениями.
Были, однако, и другие. Те, кто были несогласны с назначением новой главы храма…
…до того, как имели приватную ночную беседу с ней и её телохранительницей.
Уже утром храм был един, и все его служители дружно, вплоть до самоотверженности, работали на благо города, мира, и первосвященницы, которую отдельные голоса уже начали называть новой святой. Что отринула блага и привилегии, обеспечиваемые её саном, назначила на место главы храма одного из тех, кто прежде был в оппозиции, по сути её негласную главу, и вместе с сестрой и братом по учителю покинула город, дабы лично бороться со злом.
По крайней мере, такова была официальная позиция.
И нельзя сказать, чтобы она была далека от истины.
Ночь — время, когда Царство грёз сближается с Первичным материальным планом. Потому ли, что это время, когда большинство живых существ спит, или напротив, они потому спят в это время — неведомо, но большинство духов ночью становятся немного сильнее и активнее. Не все, далеко не все, но многие.
Не все духи происходит из Царства грёз, или имеют к нему отношение, но даже те, что не связаны с ним, склонны использовать это время и становящуюся более доступной силу.
Для сонма молодой спиритистки прежде это не имело большого значения; её близость давала им больше сил, нежели прохлада и мрак ночи. Сейчас, когда она стала практиковать ночные прогулки по миру духов, ситуация изменилась и сохранилась одновременно; ночь имела значение, но не сама по себе, а как то время, в которое девушка становилась каналом, пропускающим силу ночи и грёз. Время, в которое преданные ей духи набирались сил впрок и "расслаблялись", насколько это применимо к ним.
Не все. Некое… Присутствие? Некое присутствие, заметное меньше, чем тень тени, но в то же время более могущественное, чем любой из окружающих Сакуру духов, и возможно даже все они вместе, работало, так же, как и похожее, но отличающееся присутствие рядом с кошкоухой вампиршей.
Легчайшие, столь же незаметные касания. Подталкивания. Идеи, мысли и побуждения. Сущность направляла и помогала следовать Пути… или пути?
И всё шло, как задумано.
Невзирая ни на какие жертвы.
