Берик застыл, вертя всеми тремя головами и скуля.
— Ещё раз повторю — ты идиот, Сизиф, — зло глянул на меня Дит. — Такой же, каким был всегда. Это мой собственный страж! Думаешь, он причинит мне вред?
Берик действительно жался, будто не решаясь напасть. Ладно, согласен, не учёл.
— Вред не причинит, — кивнул я, выставляя меч вперёд. — Тут ты прав. Берик, играть!!!
Если это будет игра, то всё в порядке, верно? Услышав желанную команду, Берик бешено замотал хвостом, так, что аж песок вокруг поднялся, и ринулся на Дита.
— Стой! Прекрати!! — истошно завопил тот.
— Ты когда-нибудь пробовал поиграть с собакой, Дит? — заметил я. — Пытался отнестись к ней не как к стражу? Берик — очень добрый и игривый пёс, но ты даже не знаешь об этом. Эй, дружище!
Удерживая Дита тяжёлой лапой (даже он не мог сразу предподнять её), Берик повернул ко мне правую крайнюю голову и замотал хвостом ещё сильнее.
— Твой хозяин очень хочет поиграть. Отнеси его во-о-о-он туда! — указал я пальцем. — И немного прикопай в песочке. А потом возвращайся, нам на тебе ещё обратно выбираться.
— Гав!! — рявкнул Берик, подхватывая Бога Смерти двумя пастями сразу.
— А как вернёмся — сходим на мясокомбинат и купим тебе целого быка, — пообещал я. — Самого большого!
Дит пытался вырваться и что-то вопил, но Берик всего в несколько больших прыжков достиг горизонта и исчез за ним.
…Хаск, Стерлинг-качок и непонятный дедок-магистр вопросительно уставились на меня.
— Так, быстро, быстро! — поторопил их я. — Думаете, это задержит его надолго? У нас насколько минут форы, выходим наружу, и, как только Берик выскочит, запираем…
Долина содрогнулась от землетрясения, повалив нас всех на песок.
Дверной проём сверкнул — и исчез, перекрыв путь; ключ, который Хаск только что держал в руке, рассыпался в прах.
— ДУМАЕТЕ, ЭТО МЕНЯ ЗАДЕРЖИТ⁈ — загрохотал вокруг нас, со всех сторон, голос Дита. — Я УПРАВЛЯЮ ВСЕМ ВОКРУГ! ЭТО САМОЕ СЕРДЦЕ МОЕГО ЦАРСТВА! ВЫ ОСТАНЕТЕСЬ ЗДЕСЬ НАВСЕГДА — КАЖДЫЙ ПООТДЕЛЬНОСТИ, И БОЛЬШЕ НИКАКИХ ПОБЕГОВ! НИКТО НЕ СМОЖЕТ…
Портал раскрылся посреди пустоши, едва не разрубив магистра пополам; вскрикнув, тот отшатнулся — мы же, остальные, уставились на того, кто стоял в портале.
— Петя⁈ — не поверил я.
— Петя⁈ — не поверил Стерлинг-качок.
— Стерлинг и… Стерлинг⁈ — не поверил Петя.
Впрочем, удивляться времени не было; всё вокруг тряслось и моргало, ощущение было такое, что вот-вот рухнут небеса.
— В портал, быстро! — скомандовал я. — Все! Берик, ко мне, живо!
Я не хотел оставлять здесь пса, зная, что, возможно, у него не получится вернуться отсюда.
— Сюда, сюда, сюда! — Петя быстро врубился в ситуацию и уже затягивал внутрь Хаска. — Хэндлер, помоги им!
— Чего? — удивился я. — Всего неделя прошла, а ты уже завёл себе подручных?
Вслед за Хаском в портал влез, толкаясь и что-то бормоча, магистр; схватив оторопевшего качка-Стерлинга, я подтолкнул его следом. К нам уже нёсся Берик; вот в портал запрыгнул и он.
Последним влез я.
— Закрывай! — скомандовали мы с Петей одновременно.
— Сейчас, сейчас… — какой-то парень принялся читать заклинание…
Меч Данте в моей руке неожиданно засветился чёрным. Довольно сложно представить чёрное свечение, но это было именно оно; рукоять раскалилась, и, вскрикнув, я выронил её.
На моей обожжённой ладони красовалась, точно угольный след, чёрная печать.
Из портала раздался взрыв хохота.
— Считаешь себя самым умным, Сизиф? — пророкотал голос Дита. — Меч Данте сковал Гефест, но магическими свойствами его наделял я. У тебя теперь семь дней, чтобы вернуть в Ад душу Данте. Если этого не произойдёт, твоя собственная душа вернётся сюда — теперь уже навечно!
Голос смолк; портал на стене полуподвального помещения погас.
Я озадаченно уставился на собственную ладонь, где и не думала исчезать наложенная печать.
Семь дней?
Вот блин. Это же как в том фильме про девочку-привидение, да?
— Ого-го! Ничего себе, вот это да, вот это офигеть! — я сделал карикатурно-удивлённое лицо и демонстративно опустил руку в чан с холодной водой. — Ого! Вы только поглядите, она не смывается!
Мда. Атмосфера к комнате была так себе. Единственным, в чьих глазах отразилось хоть какое-то беспокойство, был Берик. Две его головы из трёх повернулись ко мне, встревоженно хмурясь; третья продолжала покоиться прямо перед Хаском и блаженно щуриться, вывалив слюнявый язык.
Хаск, увлечённо чешущий третью голову за гигантским ухом, тоже не обращал на меня никакого внимания. Нет, он вовсе не обиделся на меня за то, что я позволил ему на пару минут поверить, будто отдам его Диту, и даже не впал в прострацию. Таким, как Хаск, хоть кол на голове теши, и даже первая в его жизни прогулка в Ад, кажется, прошла без последствий для психики (ну, почти — кажется, веко чуть-чуть подёргивалось, но для того, кто только что столкнулся с разъярённым Богом Смерти, это называется «отделался лёгким испугом»). Просто для Хаска я был непререкаемым авторитетом, всемогущим героем из века легенд. А раз так, то со мной всё будет в порядке, чего отвлекаться?
