— Насколько я знаю, «Вешние воды» пока не сменили своего хозяина, — нахмурился я. — Что же касается мифической опасности потерять состояние, мы не собирались играть на деньги, а если бы и собрались, я не настолько азартен, чтобы потратить больше той суммы, что я выделил бы на игру.
— Кто мог напасть на вас? — спросил Васин.
— Откуда я могу знать, это вы мне расскажете, когда выясните.
— Но у вас есть какая-то версия?
— Я думаю, что это были обычные грабители. Кто-то проболтался, что здесь соберутся состоятельные люди играть в карты. Кто-то решил, что здесь будет чем поживиться.
— Как же вы спаслись? — прищурился генерал. — Почему вы все не умерли?
— Некорректный вопрос, — возмутился Сидоров. — Вы обвиняете в чем-то моего клиента?
— Ни в коем случае, — замахал руками Васин. — Но мне хотелось бы понять, что произошло той ночью. Только для этого я задаю вопросы.
«А ведь ему и правда интересно, как мы спаслись! — догадался я не без помощи эмпатии. — Возможно ли, что он связан с Кобрами? А ведь возможно! Он точно подчиняется завру-инквизитору, вот и связь! Он приперся лично не следствие вести, а понять, в чем же его подопечные прокололись».
— Все произошло очень быстро, генерал! — произнес я вслух. — Я всю битву провел, лежа на полу, где оказался после взрыва.
— Какой взрыв вы имеете в виду?
— Самый первый, с которого все началось. Что-то загремело на столе, где мы держали напитки, а потом меня отбросило в сторону. Когда я пришел в себя, все уже закончилось.
— А вы, молодой человек, — переключился генерал на адвоката, — что-нибудь запомнили?
— Там действительно что-то рвануло! — рассказал Сидоров. — Началась стрельба, я спрятался за перевернутым столом и носа не высовывал. А потом все стихло. Я помог подняться Алисе и шефу. А потом мы разошлись по номерам, никому не хотелось там оставаться. Хотя как законопослушные граждане мы понимали, что обязаны дождаться властей и дать показания.
— Разумно, — кивнул Васин без особого энтузиазма.
Он щелкнул пальцами, какой-то его подчиненный, до сих пор державшийся в стороне, принес сверток с обломками шкатулки.
— Вам знакома эта вещь? — спросил он у нас обоих.
— А это вещь? — поднял я бровь, изображая изумление.
— Была когда-то.
— Я узнаю рисунок! — ткнул я пальцем в сохранившуюся деревянную стенку с инкрустацией. — Это случайно не музыкальная шкатулка?
— Да, так и есть! Где вы ее могли видеть?
— Кто-то из гостей хвастался, дескать «какая занятная и редкая вещица».
— Кто именно?
— Я пытаюсь вспомнить, генерал! Да, точно! Эта милая пожилая дама, запамятовал ее фамилию.
— Апраксина?
— Именно! — обрадовался я. — Шкатулка сильно повреждена взрывом. А жаль! Красивая была штучка.
Генерал пытался заставить меня выдать подписку о невыезде, но Сидоров выдержал эту битву, объяснив зарвавшемуся безопаснику, что раз уж нас ни в чем не обвиняют, то и ограничивать свободу аристократа у них не получится.
Я дождался, пока они перестанут мучать Катю, а потом вызвался проводить девушку в соседний корпус в номер. Варвара пошла с нами, я не возражал, так даже лучше.
— Вы, надеюсь, не упоминали им про векселя? — спросил я.
— Нет, — ответила девушка меланхолично. — А это имеет значение?
— Огромное! — воскликнула, опередив меня, Варвара. — На что вы жить собираетесь? Брак заключить вы не успели, тетя Ивана, возможно, прижмет вас к своей груди, но на какое-то наследство вы прав не имеете. А я знаю, что вы небогаты, Катенька. Я понимаю, какое горе вы сейчас пытаетесь пережить, но подумайте все же здраво.
— Вы оба чего-то хотите от меня? Скажите прямо, что именно! — устало выговорила Катя.
— Может быть нам стоит обсудить это позже? Я могу встретиться с вами через день-другой, — предложил я. — Понимаю, в каком вы сейчас состоянии. Главное. Не говорите никому про расписки. У вас их попросту отберут.
— Нет уж, — вздохнула девушка. — Вы правы, я должна начать думать, как мне жить дальше! Говорите, что собирались!
— Векселя на предъявителя, — кивнул я. — Вам они не слишком полезны. Вешняков будет банкротиться, пансионат даже ему не принес богатства. Тем более он убыточен в руках этого молодого человека. И к вам, как я уже сказал, возникнут вопросы, на которые вы не сможете ответить. Все же расписки выкупал он, в наследство вступит тетя, как ближайший родственник.
— И что мне, по-вашему, делать? — девушка застыла около двери в свой номер.
— Не в коридоре! — воскликнул я. — Давайте зайдем внутрь. Вашей чести от того не будет ущерба, с нами Варвара Петровна. Я не желаю вам зла, поверьте.
— Я верю вам, — Катя отперла дверь и жестом пригласила нас зайти.
Оказавшись внутри, я достал из сумки футляр с драгоценностями.
— Иван хотел подарить эти украшения вам. Я считаю справедливым, что они вам и достанутся.
— Да вы с ума сошли, — воскликнула Катя. — Я не дура, понимаю, что драгоценности стоят больше, чем все эти «Вешние воды», будь они прокляты!
— И что? Я готов был поменять гарнитур на векселя, ничего не изменилось.
— И что я должна с ним делать? На аукцион выставить? Как я объясню, откуда у меня такая роскошь?
