Должно быть, сэр Кристофер Фаулер действительно гений, потому что я не понимала, как иначе можно создать на самом деле живой и что-то там себе думающий дом. Но я бы не отказалась, чтобы он был чуть больше гением и призвал этот самый дом к порядку. Как говорится, не можешь помочь, так хотя бы не мешай!
Но нет. Однажды я обнаружила только что выстиранные, выглаженные, сложенные полотенца скомканной горой на полу. В другой раз неведомая сила повесила на крючок для одежды мою подушку, да так зацепила, что при попытке ее снять, она порвалась. И птичий пух вместо того, чтобы опасть на пол, кружил и кружил по комнате, норовя разлететься по всему дому. А чего стоит намертво прилипший ковер, который Пенни собиралась вынести и выбить... И я отчаянно завидовала миссис Доул, которая подобных радостей была лишена. Она поведала мне, что после нескольких весьма неприятных и даже опасных инцидентов сэр Кристофер исключил кухню из зоны влияния артефактных способностей дома. Ножи детям не игрушка!
И в итоге я ловила себя на том, что прибирая все это, начинаю отчитывать бессловесное, но очень выразительное творение гения, как малолетнего ребенка. Потому что раздражение нужно было куда-то девать, а куда его еще денешь? В себе хранить — гиблое дело!
Но самым странным было ощущение, что оно меня слушает.
Не слушается.
Но слушает.
Из плюсов — выходной миссис Доул мы пережили без катастрофы. Не то, чтобы сэр Кристофер съел все, что я приготовила и еще и попросил добавки. Но и не оставил тарелки абсолютно нетронутыми. И даже похвалил ягодный пирог на десерт. Пирог правда заранее приготовила миссис Доул, но я малодушно не стала об этом упоминать. Вряд ли она обидится, а у меня испытательный срок и мне надо!
А еще я заряжала артефакты! Те самые, очистительные, стоящие в кабинете, мастерской и лаборатории. И это было целое событие для меня и как для экономки, и как для мага. По крайней мере, я впервые за долгое время полноценно почувствовала себя таковым.
Зарядка — это, может быть, и не сверхсложное действие, но оно явно не входит в ряд бытовых чар, требует серьезной концентрации и контроля над потоками. А потому в первый раз сэр Кристофер сам вызвал меня к себе в кабинет, чтобы убедиться, что я все делаю правильно. И пояснил, что в дальнейшем он предпочтет, чтобы я занималась этим в его отсутствие, ибо на текущий день я смогла убедить его хотя бы в том, что способна ничего не трогать из того, что трогать нельзя.
Очень хотелось поблагодарить за высокую оценку моих умственных способностей, но я привычно удержала язык за зубами.
Артефактор бережно снял каменные цилиндры один за другим, демонстрируя мне тонкие конструкции из странно скрепленных металлических палочек. Они были треугольной формы со скругленными углами, каждая с навершием из крупной жемчужины, слегка мутной, сероватой.
— Этот цвет означает, что требуется зарядка. Заряженный артефакт светится. Нельзя доводить его состояние до полной потери жемчужного блеска, это чревато непоправимыми последствиями, — пояснял сэр Кристофер. — Подойдите ко мне.
Я подошла куда указали — на место прямо перед артефактами. И перед артефактором.
Почему-то было очень странно ощущать его присутствие за моей спиной. Мы сталкивались только лицом к лицу, да и в принципе — экономка не имеет права поворачиваться спиной к хозяевам. К тому же от нервности ситуации в позвоночнике поселилось странное щекочущее ощущение, от которого хотелось ежиться и передергивать плечами. И волоски прически щекотали шею, слегка задеваемые чужим дыханием.
Я вздрогнула, когда сэр Кристофер взял меня за руку — он перехватил мое запястье, поднял его и направил так, чтобы я коснулась поблекшей жемчужинами кончиками пальцев.
— Более сильного прикосновения не требуется, конструкция хрупка. К тому же такого контакта достаточно для того, чтобы передавать силу, но недостаточно для того, чтобы поток вышел слишком напористым. Приступайте.
Он выпустил мое запястье, но не сдвинулся с места. И я, выкинув из головы глупые мысли, которые напихала туда Пенни с ее “наш хозяин не такой!” — мне и бы и не подумалось до нее размышлять, такой он или нет! — я сосредоточилась и потянулась к собственному дару.
Сила откликнулась откуда-то из солнечного сплетения, а потом почти сразу ощутилась щекочущим покалыванием в ладони, устремилась к кончикам пальцев, уколола в момент перехода от меня к артефакту. Но я сдержалась, не вздрогнула, не потеряла контроль и продолжила переливание.
Жемчужина начала медленно светлеть, сиять изнутри, и это сияние постепенно пробивалось на поверхность, очищаяя ее от мутных разводов.
Когда над моим ухом прозвучало: “Достаточно”, — я и сама уже была готова прервать подачу.
Сэр Кристофер проконтролировал зарядку всех шести конструкций, перестав командовать на последних трех, а потом приказал мне самостоятельно закрыть артефакты защитными цилиндрами и заняться теми, что стоят в мастерской и лаборатории.