Разноглазку застал на втором этаже, когда она хлопотала по столу в общем зале. Оттуда была убрана опустевшая нашими стараниями посуда, а свободный участок преобразовался в некое подобие стола переговоров: были разложены писчие принадлежности, стоял минимально необходимый набор несущественной снеди и чашки для чая. Судя по количеству приборов, планировалось «сообразить на троих».
Я тихо спустился на этаж, беззвучно подкрался к раскладывающей приборы Алине. И неожиданно громко даже для самого себя на царский манер щёлкнул каблуками «берцев».
Малышка вздрогнула и подскочила от неожиданности. Секунда – и она уже, резко обернувшись, смотрит на меня, в нарушение всяческих положений отдающего ей воинское приветствие.
– Разрешите доложить-с, – фиглярски рекомендовался я без неуместных переигрываний. – Прибыл для дальнейшего прохождения службы-с. Готов к обсуждению фронта работ и... млять...!
Закончить фразу мне не дали. Со скоростью, непостижимой для простого человека, Алина сорвалась с места, за какую-то долю секунды покрыла разделяющее нас расстояние в несколько шагов и со всей силой, не думая тормозить, врезалась в мою тушку, крепко обняв.
Вот оно, значит, как. Всё понятно. Девчушка и думать не чаяла, что я вернусь. И, по ходу, дела у местных реально хуже некуда, раз с таким пылом-жаром встречают простого наёмника, на которого собираются повесить нерешаемые задачи.
Что ж. Ладненько. Учтём.
Я кончил придуриваться, одной рукой обнял низкорослую разноглазку, а другой погладил её по волосам.
– И с чего такая реакция на воскрешение Лазаря? – спросил её. – Чай, не умер, поди.
– Ещё бы ты во блаженном успении преставился..., – раздался от двери скрипучий старческий голос.
«О», – подумал я. – «Дед инсайд очухался».
– Рано тебе ещё к праотцам отходить, ратник, – проскрипел Берислав. – Не вперёд меня никак, и не иначе.
Я усмехнулся.
– Перебьёшься, старче. Ты ещё моих правнуков переживёшь.
***
Присутствовать за столом переговоров Берислав, всё же, не смог. Вести переговоры пришлось с Алиной, но это нисколько не умалило значения мероприятия ни для одной из сторон. В конце концов, я – независимый специалист, и мне всё равно, кто будет оплачивать мои услуги. Явно это будет делать не Берислав, и уж тем более не Алина. Всё, что в силах этих двоих – ввести меня в курс дела и попытаться свести с теми, кто сможет дать мне инструменты воздействия. Оружие, снаряжение и боеприпасы с пищей и медикаментами я могу взять и свои. А вот с прочим мне нужна административная помощь.
Обрадованная моим возвращением Бериславская не сразу поняла, что встретила меня «в домашнем». На фоне моего не нового, но не сильно пожёванного боевого костюма прикид разноглазки выглядел блёкло и не соответствовал торжеству момента. Устыдившаяся правнучка Архимага порвалась было скрыться и переодеться, но я остановил девушку:
– Не выдумывай. Тебе очень идёт. Форма, конечно, подчёркивает твою строгость и исполнительность, но этот наряд приумножает твою женственность и красоту.
От неожиданной порции комплимента уши девушки заметно покраснели.
Но стесняться времени нет. Если всё и впрямь настолько херово, что старик отдал последние силы ради моего призыва, то я хочу знать, что за абзац маячит на горизонте. Пора переходить к сути переговоров...
– Итак...
Я сел на своё прежнее место за столом, где были убраны излишки столовой утвари.
Алина присела на своё, аккуратно прибрав полы короткой юбки.
– Подытог мы подвели, – начал на правах заинтересованной в выгодоприобретении стороны. – Осталось дело за малым. Обсудить условия нашего, вне всякого сомнения, взаимовыгодного сотрудничества, и договориться об обеспечении запрашиваемым оснащением. Кое-что, как ты видишь, прихватил с собой своё, но у меня далеко не всё в наличии.
Бериславская кивнула.
– Пусть тебя не смущает мой нынешний вид...
...а у самой-то щёчки заалели, у самой-то...! Это меня он смущать не должен?!
– ...но я состою в чине действительного тайного советника. Не думаю, что в твоём мире в ходу наши табели о рангах. Если хочешь – можешь подобрать более привычный тебе аналог должности...
Я отмахнулся. Пусть хоть королевой амазонок называется, хоть верховной жрицей удовольствия. На военную компоненту предстоящего замеса это возымеет воздействие в самую последнюю очередь.
– Я сообщила о тебе своему руководителю, – проинформировала Алина. – И уполномочена им доставить тебя в Тайную Канцелярию. Заключать какие бы то ни было договорённости, кроме твоей помощи нам, не могу. Но имею наказ Императора стать тебе поддержкой и опорой, право просветить в отдельных аспектах и составить предварительный меморандум. Фактической силы он не возымеет, пока его не увидит Император. Но хоть не с пустыми руками пойдём к Верховному...
– Ожидаемо.
Где двадцатилетняя девчонка, пусть при погонах и должности, а где заключение межмирового пакта? Этим куда более компетентные органы должны заниматься.
