Я не стал дожидаться, пока ситуация скатится в дешёвый киношный фарс, который придётся разруливать сообща без гарантии положительного результата.
У нас есть очевидно негативный тип, причиняющий дичь и творящий бред. Оный же тип вознамерился пристрелить меня и явно не собирался останавливаться на достигнутом. Применение оружие в моём отношении я бы ещё, быть может, и стерпел бы, но у нас тут дети, которые тоже чуть не попали под раздачу.
Сколько ещё должен нахеровертить этот хрен, чтобы до меня дошло, что надо действовать?
Возможно, в каком бы то ни было ином случае в этом месте оказался бы размашистый очерк изумительно кровопролитного эпизода, где, превозмогая и хуля противника, на чём свет стоит, сошлись бы два не последних по силе супостата. Кровь, кишки и далее по тексту. Но вместо этого всё закончилось буквально так же быстро, как и началось. Какую бы грязь не захотел отчебучить незваный гость, тайно просочившись на незваную вечеринку, его намерения так таковыми и остались. Одно пулевое отверстие в моём кителе — всё, что успел сделать визитёр.
АПБ перекочевал из-под полы прострелянной куртки в руку. Секунда — и я, вставая с места, опрокидывая стул со спинкой, дослал патрон в патронник, передёрнув затвор. Мигом позже правый коленный сустав гостя перестаёт существовать как материальная единица. Пуля от 9×18 не оставляет хирургам шанса собрать его обратно. Слишком велики поражения для уровня развития местной медицины, какими бы колдовскими знаниями она ни пользовалась.
Под дикий оглушительный рёв забиваемого камнями мамонта (да, между прочим! Прострелянный коленный сустав — это писец, как больно!) туша Бесчестных рухнула на подкосившуюся ногу, которую выше места ранения попытался прижать её хозяин. А смысл?
Секунда — и второй сустав выходит из чата.
Десять метров — не такая большая дистанция, а я не настолько пьян, чтоб из пистолета не попасть в цель размером с кулак. Тем более, когда оружие приведено к нормальному бою, баллистическая кривая пули хорошо известна, а рука ещё помнит всю механику, начиная с упреждения и заканчивая обработкой спуска.
Алина скосилась на меня с лёгким укором.
— Ну, и надо оно было?
Я пожал плечами.
— Учёные доказали, что выстрел в колено заменяет сорок минут воспитательной беседы.
Со стороны Берислава раздалось едва слышимое старческое:
— «Безмолвие»…
От места, на котором сидел Великий Архимаг Путей, прошлась волна, наподобие ударной. Ей благодаря мы могли наблюдать, как в агонии корчился Бесчестных, но его оглушительных воплей больше не слышали. Уж что-что, а глотка и впрямь горланистая. Так орать надо ещё уметь. Я, конечно, понимаю, что ранение не самое приятное. Но по децибелам сражённый супостат умудрился обойти всех известных мне живых существ на планете Земля.
— Мне напомнить тебе, что его нельзя убивать? — спросила Бериславская, воспользовавшись моментом относительной тишины. — Он обязан предстать для суда живым.
— Да на здоровье. Подумаешь, несколько лишних дырок в нём понаделаю. Вентиляция — дело полезное.
Два выстрела. Минус два патрона в магазине. В сухом остатке ещё восемнадцать, плюс запасной магазин на двадцать. Надеюсь, этого хватит…
Мы с Бериславской обошли стол и приблизились к орущему в немой истерике гостю. Я не спускал с него глаз, постоянно держа на мушке. Захочет отчебучить чего-нибудь лишнего — получит ещё одно вентиляционное отверстие.
— Его надлежит доставить в стены Канцелярии, — сообщила Алина. — Необходимо время, чтоб сюда добрались наши люди… А его не сказать, что очень много…
Разноглазка обернулась к предку.
— Дедушка Берислав! Не подсобишь? Путь до Тайной Канцелярии проложить надобно. Не то долго ждать придётся. А праздник и без того безбожно попран.
Старец поднялся со своего места, опираясь на боевой посох.
— Всему вас, молодых, наставлять требуется… — старчески пробормотал он. — Ежели ведали, что незваный гость нагрянет, отчего ж не подготовились? Где силы ратные? Почто дружинники не бдят?
Пробормотал, в общем-то, больше для проформы.
Потому что как раз ратных и дружинных сил было в преизбытке.
Одних только гвардейцев Морозовых при беглом подсчёте можно насчитать с две дюжины.
Обошёл стол, проследовал до нашей позиции. Занёс посох над безмолвно орущим раненым и коснулся подтоком его тела в районе живота.
— «Бессилие»…
Уже привычная ударная волна прошлась от места касания посоха жертвы. Только на этом спецэффекты не закончились. Навершие посоха засияло подобно штурмовому прожектору.
Полезные, однако, навыки у деда инсайда. Он из супостата Силу выкачал, что ли? Удобно, удобно…
— И да разверзнутся врата…!
Истекающего кровью Бесчестных, немо раскрывающего рот в безудержном оре, преисполненном адской боли, Берислав схватил за шкирку и потащил к открывающейся рядом с ним прорехе в пространстве, будто это был не шкафоподобный хряк с весом под пару центнеров, а тюк, набитый дрянным тряпьём.
Секундой позже Великий Архимаг Путей со своей ношей исчез в портале, который захлопнулся за убывшими, оставив участников мизансцены один на один с оставшимися проблемами.
