— Прошу простить меня, Ваше Сиятельство. Отвлекают…
И оборачивается к полковнику, медленно приближается к нему, слегка улыбаясь одной стороной рта. Между тем, оба оказываются близ бассейна, из которого клубиться пар.
— Что ты себе позволяешь, гаденыш!
— Досточтимый сейн, у Вас какие-то проблемы? Я могу Вам помочь? — А в голосе издевательская снисходительность.
Ревность не дает Калларингу дышать, уязвленное самолюбие лишает рассудка. Его пальцы уже давно стискивали рукоять меча, и клинок извлекается на свет. Все зеваки шарахаются в стороны, но не уходят, какое представление! Одрик с места не двигается. Перед нацеленным на него дрожащим острием он скидывает с плеч ненавистный ему камзол, отшвыривает его на траву, и жилет тоже, остается только в рубахе. Я сначала не поняла, зачем он это сделал, а потом увидела: белый против черного, блондин против брюнета, кареглазый против синеглазого…. Одрик расстегивает ворот и разводит руки в стороны, он весь открыт, он демонстративно не собирается защищаться. Стоит и улыбается, на нем и магической защиты нет.
— Ну, давай! Чего ты ждешь?
Полковник делает шаг навстречу, самое поразительное, что Одрик тоже. Жало клинка касается шеи мага слева, там, где сонная артерия. Что же они творят! Стоит кому-то из них покачнуться, стоит мечу дрогнуть, и у меня останутся считанные секунды для кровоостанавливающего плетения, я ведь могу не успеть. Я боюсь за одного, но мне жалко и другого. Сцепились взглядами, ничего вокруг не видят, кроме соперника. Кто первый глаза отпустит, тот и проиграл, но из них никто не уступит, это они внешне разные, в внутри очень даже одинаковые, я в этом окончательно убедилась.
— Анна, ты только посмотри на него! Это невероятно…! — О чем этот страстный шепот Торканы? Я слежу за ее восторженным взором, и в магическом диапазоне вижу: Одрик в окружении своих бесцветных нитей, не совсем бесцветных, в них вспыхивают и пробегают огоньки, ну фейерверк праздничный! И нитей неимоверное множество, они скручиваются в жгуты, тянуться в разные стороны, как осьминог о ста щупальцах. Да чего ему защиту плести, он без плетений, просто голой силой прибьет кого угодно. Когда же он к источнику силы подключался, да так, что я не заметила? И вот эта сила сейчас самая опасная, не сможет ее Одрик удержать — и поминай, как звали, разнесет несчастный садик так, что и Гаарху не снилось.
— Давай же, не тяни! Смелее! — Совсем мой жених с дуба рухнул, ну или с кедра, неважно. Не хватало еще, чтоб они друг друга поубивали. И останусь я одна, одинокая горемычная девушка…хнык!
Судорожно прикидываю, что я могу сделать, как растащить этих двух друзей — не разлей вода. А почему собственно не разлей? Холодной или горячей? Лучше холодной, пусть остынут!
Из бассейна вылетает шар и между Калларингом и Одриком взрывается водяная бомба, отбрасывая их в разные стороны. Одрика отшвыривает на траву, Калларинг делает шаг назад, оступается и падает в бассейн. Водичка в бассейне горячая, но не слишком, ничего пар костей не ломит. Одрик тут же вскакивает, но его пошатывает и он садится на бортик бассейна, делает вид, что споласкивает руки. На самом деле у него "перегрев", он просто сбрасывает в воду чрезмерную силу, сейчас его лучше не трогать. К Калларингу подходит додж, подает руку, помогает полковнику выбраться из бассейна, и они быстро уходят вглубь резиденции. Видать судьба такая у полковника, выходить из этого садика мокрым.
Около сидящего Одрика нарисовался какой-то нафуфыренный красавчик. Да это сейн Дьо — Дален!
— Сейн Одиринг, полковник Вас все-таки задел, у Вас кровь на подбородке.
— Ничего, это ерунда, я сам оцарапался.
— Позвольте, я Вам помогу, — достает свой носовой платок, на котором столько парфюма, что даже у меня запершило в горле. Одрик уклоняется от его настырно тянущейся руки.
— Право же не стоит, Снорринг, не утруждайтесь. Ни к чему это.
— Теперь видимо будет назначена дуэль?
— С чего Вы взяли?
— Сейн Одиринг, Вам же нанесено оскорбление. Это нельзя так оставлять! Я готов предложить Вам свои услуги секунданта.
— А с чего ВЫ решили, что я впредь собираюсь развлекать публику и лично Вас? Вполне достаточно сегодняшнего представления.
— Так Вы что, испугались?
— Снорринг, а не продолжить ли Вам вашу прогулку?
— Нет, Вы ответьте, почему не хотите? Испугались?
Одрик стирает с подбородка кровь, какие-то несчастные три капли и стряхивает в воду. Дракончик, все еще качающийся в клубах пара, вздрагивает, поднимает дыбом свой спинной плавник и распахивает клыкастую пасть над головой Снорринга. Он взвизгивает, закрывается руками и спасается бегством через все газоны и цветники на потеху присутствующей публике. Ничего не скажешь, вечер удался. Да еще такая комичная финальная сцена, все покатываются со смеху. Одрик вроде тоже смеется, так подрагивают его плечи. Подхожу к нему, трогаю за плечо… его смех просто для отвода глаз, на самом деле, это нервная истерика….
Я подобрала его брошенные вещички, вечно за мальчишками все убирать надо, и заставила одеться. Облачается с гримасой каторжника.
