Начинается суета, кто-то отбирает у меня платье кто-то бегает в поисках горячих углей, кто-то тащит гладильную доску, а еще одна мокрую тряпку, отпарить замятости. Я облегченно вздыхаю и усаживаюсь на кровать к девице, больше-то присесть некуда. Она все еще в легком шоке, но это пройдет.
— А ты чего в этом не участвуешь?
— А я тоже гладить не умею. А это платье из столицы?
— Если честно, то не знаю, мне оно по наследству досталось.
— А куда вы в нем собираетесь пойти?
— На прием к доджу.
Тут она заметно оживляется…
— А как же вы пойдете без прически и макияжа?
— Да как-нибудь сама сделаю. У меня, там где-то вроде косметика была.
Девчонку с кровати словно ветер срывает. Она моментально достает откуда-то из-под кровати сундучок с косметикой, я видела такой же у эльфа, что приходил ко мне перед балом. Девица, между тем, притаскивает откуда-то стул и зеркало, и, заручившись поддержкой одной из товарок, пересаживает меня на стул и начинает расплетать мне косу и, жестом фокусника, вытаскивает откуда-то расчески, ножницы и прочее, причем, все дорогое и, тоже, вполне профессиональное. Начинает щебетать, и я впадаю в легкий транс, а как иначе объяснить, что я разрешаю ей соорудить мне на голове прическу и стоически переношу покраску. Про себя я думаю: если что, то успею вымыться, высохнуть и перекраситься.
Удивительно, но девчонка делает чудо! Прическа и макияж — придраться не к чему.
— Девушка — у вас талант! — С чистой совестью протягиваю ей золотой. Она стесняется, но берет. — А почему вы работаете здесь, а не в салоне? — Опять краснеет.
— А ее родная мамочка продала Хавиру за долги. Так что пока она этот долг не выплатит — уйти не сможет. А так она в столице парикмахерству и прочему училась и всех нас причесывает и подкрашивает, чтобы не забыть, как это делается. — Поясняют мне девушки разными голосами.
— А большой долг?
— А я не знаю…, но за те три года, что она здесь он меньше, наверняка, не стал. У нас тут у всех долги. Хавир, такая сволочь, забирает в его счет, почти все, что мы зарабатываем, нам иногда даже на еду не хватает.
Положение у девчонок незавидное, но я в это вмешиваться не должна. Даже если я прибью этого Хавира, тут же появится кто-то другой и ничего не изменится. Платье между тем уже погладили. Я расплачиваюсь с девушками и собираюсь домой, в трактир к Джургу. Девушки шумно обсуждая мое платье и прическу, идут провожать меня до первого этажа.
Громко хлопаю себя по лбу.
— Девушки, а у вас тут все номера заняты?
— Нет, а вы что собираетесь присоединиться к нашему обществу? Хотите сменить профессию мага на профессию шлюхи?
— Нет, не все так радикально, просто у меня приятельница маг, и она ищет — где бы поселиться недалеко от меня, а в трактире у Джурга, все номера размером со шкаф и клопы хотят строем, правда ко мне в номер они не заходят, боятся.
— А она не побрезгует?
— Не знаю… Я бы поселилась… может мне с ней поменяться, ее к Джургу, а мне сюда.
— А вы не боитесь испортить себе репутацию?
— Я? Нет. Покажите — ка мне свободный номер.
— Вот, он один свободный. В нем кровать одноместная, а другую поставить нельзя — ломается в первую же ночь, и не важно, спит на ней кто или нет. И, еще в этой комнате приведение живет, поэтому она нежилая, то есть в ней все есть, но никто жить не хочет.
— Ну — ка, покажите, даже интересно. Никогда не видела приведений.
Нормальная комната, окна во двор, светлая, "удобств", правда, нет, так они во всей гостинице в конце коридора. Но есть ночная ваза, шкаф, приличная полуторная кровать, тазик и кувшин для умывания. В общем, вполне прилично.
"Мара, а приведение есть?"
"Есть, только оно сейчас спит."
"Ага. Уничтожить сможешь?"
"А зачем? Оно никому не мешает, если в номере случек не устраивать. Пусть живет."
— А с кем можно поговорить, чтобы эту комнату снять?
— Внизу в ресторане дядюшка Вардус, гостиница и ресторан принадлежит ему, а Хавир снимает второй этаж — гостиницу, всю оптом, но без этой комнаты. Экономит гад.
Комната хорошая и если она, и соседи Торкане не понравится, то в ней могу, в принципе я поселиться. Я против девушек и их профессии ничего против не имею. Большинство из них этим не от хорошей жизни занимается. А если так рассуждать, то моя прошлая профессия очень даже на эту, самую древнюю, похожа. Только мне приходилось не ноги раздвигать, а мозги раком ставить, а так, очень даже похоже.
На лестнице я нос к носу сталкиваюсь с мерзким парнем, даже если не обращать внимания, на то, как при его виде сразу замолчали и как-то поникли девушки, по нему сразу видно — сутенер. Я рассматриваю его, а он меня… и, он как-то незаметно перекрывает мне проход.
