— И еще… должна тебе сказать, нет сильнее наркотика, чем ВЛАСТЬ! Еще никто и никогда ВЛАСТЬ по своей воле не отдавал. С этого наркотика еще живым никто не слез. А ты готова убивать за чьи-то сомнительные интересы, за чьи-то невнятные цели? Или тебя революционный романтический флер увлек? Это только поначалу так все красиво и благородно, революция не просто зверь, это оборотень, это только кажется, что впереди благоухает венок победителя, а на деле все оборачивается дерьмом, кровью и пеплом…. Да в твоем возрасте влюбляться положено и по ночам грезить о страстных свиданиях, а не об агентурной работе.
— Так что если не будет Великого, то будет кто-то другой и не факт, далеко не факт, что он будет лучше. Я даже так думаю, что будет хуже. Из того, что ты мне тут лопотала, я могу сделать вывод, что ты деточка вляпалась в политику, как покупатель ярмарки в дерьмо хвачика. Плюнь ты на нее, тухлое это дело. Ты, прежде чем, кого-то агитировать, сама разберись, за что ты тут вещаешь… Я так поняла, что вы собираетесь не только убрать от власти Великого, который как я уже говорила, много чего хорошего для государства сделал, но и насолил соответственно тоже многим, и вернуться к прежней бездарной политике и в области образования, и в финансовой, что приведет к полному бардаку в стране, и вообще… Единственная здравая мысль, что у тебя прозвучала — это отмена запрета на синюю магию. Но тут у меня, как говорится шкурный интерес. Поэтому, Торкана, душечка, давай — ка пойдем еще потанцуем, все же мы на дне рождения. А то видишь, вон на Одрика уже какая-то девица вешается. Не порядок это, только вчера оглашение было…
Сумерки темным теплым покрывалом окутали вольный город. Мгла наползала на город с востока, жара уже много дней мучающая жителей униженно отползала к западу, и на улицах стало многолюдно и шумно. В ресторанах и трактирах веселились удачливые торговцы, в обнимку с веселыми вдовушками, нарядные горожане гуляли по ярко освещенным магическими фонарями улицам, бегали и кричали дети. Лето — время зарабатывания денег, время веселья. Вот придет осень, закроется ярмарка, уедут торговцы, наемники и веселые вдовушки, разъедутся по своим землям нелюди, пойдут дожди и будет в Караваче тихо и грустно. А пока веселятся жители вольного города, веселятся его гости, только асса Вордер не поддерживает общего веселья, с мрачным видом сидит он в своем кабинете в небольшом доме на окраине города и сейчас более чем когда-либо походит на мрачного черного ворона, что любят жить вместе со священными животными при храме Двуликой.
Мрачные размышления ассы прервал настойчивый стук в дверь. "Все же пришла, старая ведьма."
— Добрый вечер, асса, я пришла, как вы просили — после заката.
— Проходите в гостиную, асса Галенгейра. — Поздняя гостья уверенно прошла в пыльную комнату и изящно села в кресло, хозяин уселся напротив.
— Асса Вордер, вы получили деньги по моему чеку?
— Да, этот чек мне обналичили, но если вам что-то от меня надо, то расплачиваться будете вперед и наличными.
— Я помню… Вот. — Асса достала из ридикюля, подобранного точно в тон длинного платья, тяжелый кошелек черной кожи. — Приступим?
— Что вы хотите?
— Я хочу найти свою девочку, живой или мертвой.
— Что требуется от меня? Я больше по мертвым специализируюсь…
— Я это знаю и помню. Вы должны будете вызвать сущность Лианы, чтобы я узнала, при каких обстоятельствах она умерла, если умерла… Вот, это старая рубашка с ее кровью. — Ведьма развернула маленький пакет, что до этого держала в руках.
— Кровь — это хорошо, плохо, что старая.
— Ну, что есть…
— Двадцать золотых.
— А не слишком ли дорого?
— С любого другого я взял бы десять, но если Вас что-то не устраивает, то можете идти куда-нибудь в другое место.
Ведьма скрипнула зубами, но на ее губах по-прежнему блуждала улыбка, правда, уже не такая сияющая.
— Ай — яй — яй, асса, как вам не стыдно, так обижать слабую женщину. Вы же прекрасно знаете, что в Караваче нет другого мага нужного уровня и цвета.
— Знаю, но я надеялся, что вы предпочтете обратиться к кому-нибудь в столице…
— А вам не приходило в голову, что обратилась к вам, потому что не хочу обращаться к магам в столице?
— Приходило, отсюда и такая цена, считайте, что это доплата за конфиденциальность.
Гостья, что-то про себя прикинула, и, не торгуясь более, отсчитала из кошелька двадцать золотых. Две стопочки монет, в каждой по десять штук. Хозяин одним хорошо отработанным движением смел монеты со стола себе в карман.
— Прошу вас асса Галенгейра пройти в подвальный этаж, там у меня уже все подготовлено.
— Значит вы не сомневались, что я приду и соглашусь на вашу цену?
— Да, я же вас давно знаю. Что — что, а считать вы умеете, если к десяти золотым, что обычно стоит эта услуга прибавить стоимость перемещения по порталам и прочие накладные расходы, то получится больше двадцати золотых. Прошу вас, вот тут порожек…
