— Теряем Ковырялов, многое, в особенности я. Если Иван погибнет или станет одним из этих тупых увальней, то…
— Вам не кажется, — перебил его профессор, — что пора остановиться? Тем более что, установка, благодаря Анастасии, испорчена, и мы до сих пор не знаем, что именно она сделала.
— Так, узнай. Она с подружкой, скорей всего уже очухалась.
— С каких пор, вы указываете, что и когда мне делать? Мне надоело закрывать глаза на нарушение субординации.
— Мы все здесь замазаны. Мы теперь не начальник и подчиненный, мы подельнички проф. Без меня вы…
Иван застонал, не открывая глаз, подергал руками, ногами, а уж после стал пытаться разлепить веки. Он ничего не говорил, просто моргал, стараясь согнать завесу пелены.
— Пожалуй, я вас оставлю наедине. Пойду, побеседую с нашей общей знакомой.
— Да — да, проф, — отмахнулся мужчина от ученого.
— Я уже в аду? — простонал Иван, с трудом узнав своего предыдущего ученика.
— Под ним, — ухмыльнулся мужчина. — Ну, здравствуй наставник!
— И тебе не хворать, Миша, — скривился мастер. — Значит там, в логове лежит твой очередной подмастерье?
— Ты же знаешь этих пацанов, прут поперед батьки. Недосмотрел, — пожал плечами Михаил. — Хотел малой себя показать. Пока мы тут порядки наводили, он в одиночку пошел на мизгиря. Малек, что с него взять. Погиб по собственной дури.
— Я уже слышал подобное два подмастерья назад.
— Не делай из меня изверга, наставник.
— Я тебе давно не наставник. Знал — бы я раньше, кем ты станешь, лично скормил бы ихтиоцефалам.
— Вань, ведь ты меня таким воспитал. Ты меня вырастил.
— Да уж, мой промах, — вздохнул Иван и отвернулся. — Что с моими спутниками?
— Живы они, отдыхают. Только пес твой, порвал одного из моих бойцов и удрал паршивец. Бойцы прочесывают комплекс. Возьмут, никуда не денется.
Мне вот что интересно: какая блажь тебе в голову ударила, что ты, осторожный и уравновешенный мастер, вместо того, чтобы в Обитель ехать как все, приперся в такое опасное место? Погеройствовать решил, на старости лет? Уйти красиво? Так? Я конечно ждал гостей, но не ожидал, что это будешь ты.
— Женщина, брюнетка, около тридцати лет, оспинка на щеке, шрам над бровью, — посмотрел мастер в глаза, бывшего ученика. — Мы шли по ее следам.
— А, стерва эта бешенная, — невольно потер ссадину на скуле Михаил. — Имеется в наличии. Ты что в охотники за головами записался? Или… Погоди, — заулыбался он. — Это баба твоя чоли? Значит все верно. Ой, как хорошо, как удачно все складывается. — Михаил стал довольно потирать руки. — Как говорится: у нас товар, у вас купец. Теперь вопрос в том, готов ли ты заплатить за нее достойную цену?
— Пора сматываться, — наконец решил подмастерье.
— Без оружия? Тут полно охраны.
— Ты предлагаешь сидеть и ждать с моря по морде?
— А что мы можем?
— Ну, сперва снимем подавители.
— Что?
— Браслеты эти. Или ты думаешь, тебе их ради пущей красоты надели?
Отомкнув, свой, а после браслет Марьи, Юра сунул проволоку в странную замочную щель в двери. В глазах вспыхнули салюты, запахло горелыми волосами.
Сидя на полу, он помотал головой и стал потирать онемевшую руку. — Что это было? — удивился парень, подняв с пола кусок горячей проволоки, на кончике которой застыла металлическая капля.
— Электричество, — отвечала Марья, помогая ему подняться.
— Снова, — хохотнул подмастерье. — Второй раз за сутки. Слушай, а электричество ведь тоже энергия?
— Своего рода, да. А что?
Не отвечая, Юра выставил ладонь, напрягся. Он весь покраснел от напряжения, вздулись вены на лбу, выступил пот. Над ладонью зарождалась яркая, точка. Вот она сорвалась с места, вяло устремилась к полу и погасла, не достигнув серой плитки.
— Нет, не то, — разочарованно вздохнул подмастерье. — Но, попытка не пытка.
— Я чувствую Юру, — вдруг вскинулась Полынь. — Он рядом, за стеной.
Лесавка приблизилась к шершавой стенке и приложила ухо к холодному бетону.
Лязгнула задвижка на смотровом окошке, вделанном в дверь.
— Ну — ка, быстро на место, — скомандовал грубый охранник. — На место я сказал.
— Полынь, — позвала Настя нахмурившуюся лесную деву. — делай, как он говорит.
Без особого энтузиазма, Полынь сделала что просили. Охранник еще некоторое время посверлил их взглядом, а после в двери загудели электрические задвижки. Послышались лязг, щелчки и дверь открылась.
В камеру вошли двое вооруженных людей и взяли девушек на прицел автоматов. За ними показался длинный, тощий мужчина с седеющей шевелюрой густых волос. Он молча воззрился на колдунью.
Настя тоже молчала, играя в гляделки с ученым, и как обычно он сдался первым. Он, жмурясь, потер переносицу, а после поправил и без того идеально зачесанные волосы.
— Здравствуй Анастасия.
— Доброго времени суток, — фыркнула девушка. — Как это понимать? Почему меня заперли здесь? — Она поднялась и собралась направляться навстречу профессору.
Стволы автоматов покачнулись. Настя нахмурилась и села обратно, к ничего непонимающей лесавке.
— Без резких движений, пожалуйста, — предупредил он. — Странный вопрос. А как с твоего позволенья я должен был поступить? Встретить тебя парадом? После твоей диверсии?
