– Мисс Мантоли здесь. Но она еще отдыхает. Вчера вечером мы засиделись, обсуждая последние планы насчет музыкального фестиваля. – Он провел рукой по лбу. – Когда мисс Мантоли проснется, моя жена сообщит ей о случившемся. А кстати, разве есть какая–нибудь причина, из–за которой я не могу опознать тело? Мне бы хотелось избавить ее от этого. Это возможно?
– По–моему, вполне, – ответил Сэм. Он старался говорить очень сочувственно, но ему казалось, что звуки слетают у него с языка совсем не такими, как было бы нужно. – Можете поехать сейчас со мной, если хотите. Вас доставят обратно на полицейской машине.
– Хорошо, – согласился Эндикотт. – С вашего разрешения, я только предупрежу жену.
На обратном пути в город, каждую секунду ощущая рядом с собой присутствие Эндикотта, Сэм не сводил глаз с извилистой дороги и старался вести машину очень плавно и ровно. С такой же сверхосторожностью он подъехал к зданию муниципалитета с той стороны, где был вход в полицию, высадил своего пассажира, затем, все время держась на шаг сзади, последовал за ним по лестнице и дальше, через проходную, к столу дежурного.
Он уже собирался было попрощаться и получить разрешение отправиться домой, но, когда Эндикотт, предводимый Арнольдом, повернулся, чтобы идти в морг, Сэм передумал и пошел рядом со стариком в надежде, что это хоть как–то его поддержит. Когда отдернули простыню и Эндикотт горестно склонил голову, Сэму стало совсем не по себе.
– Удостоверяю, что это тело маэстро Энрико Мантоли, – произнес Эндикотт и, исполнив свой долг, поспешно повернул к выходу. У стола дежурного он остановился. – Нельзя ли мне повидать начальника полиции? – спросил он.
Фрэд повернулся к селектору. Секунду спустя он кивнул, и Сэм, уловив, что от него требуется, показал дорогу.
– Мистер Эндикотт… мистер Гиллспи, – представил он, когда они вошли в кабинет.
Эндикотт протянул руку.
– Мы знакомы, – сказал он просто. – Я ведь член городского совета.
Гиллспи встал и торопливо вышел из–за стола.
– Конечно, конечно, мистер Эндикотт. Большое спасибо за то, что вы приехали. – Он было направился обратно к своему креслу, но потом повернулся:
– Садитесь, пожалуйста, – пригласил он.
Джордж Эндикотт осторожно опустился на жесткий дубовый стул.
– Мистер Гиллспи, – начал он, – я убежден, что вы и ваши сотрудники сделаете все возможное, чтобы найти и наказать того, кто это совершил. Если вам в чем–то понадобится моя помощь, я прошу вас тут же звонить мне. Маэстро Мантоли был очень близким другом моей семьи, он и приехал сюда по нашему приглашению. Так что в какой–то степени мы виноваты в случившемся. Надеюсь, вы понимаете, что я сейчас переживаю.
Гиллспи достал блокнот и взял ручку с письменного прибора.
– Быть может, вы не откажетесь дать мне кое–какие сведения? – начал он. – Сколько лет было покойному?
– Энрико исполнилось сорок семь.
– Женат?
– Вдовец.
– Ближайшие родственники?
– Дочь Дьюна, его единственный ребенок. Сейчас она гостит у нас.
– Гражданство?
– Он гражданин Соединенных Штатов.
Гиллспи слегка нахмурился, затем его лицо прояснилось.
– Место рождения? – спросил он.
Эндикотт заколебался.
– Где–то в Италии. Не могу точно припомнить.
– Генуя, я полагаю, – тихо уточнил Вирджил Тиббс.
Оба повернулись и посмотрели на него. Первым заговорил Эндикотт.
– Маэстро Мантоли был вашим другом? – спросил он.
– Нет, я никогда не имел чести быть с ним знакомым, но по предложению мистера Гиллспи сегодня утром я осматривал тело.
Эндикотт, казалось, несколько растерялся.
– Вы… из похоронного бюро? – предположил он.
Тиббс отрицательно качнул головой. Ответить он не успел – в разговор вмешался Гиллспи:
– Это Вирджил, он следователь из Беверли–Хиллс, в Калифорнии.
– Из Пасадены, – уточнил Тиббс.
– Ну хорошо, из Пасадены. Какая разница? – В голосе Гиллспи прорвалось раздражение.
Джордж Эндикотт встал.
– Простите, я не расслышал вашей фамилии, – сказал он и протянул руку. Молодой негр поднялся и пожал ее.
– Тиббс, – представился он.
– Очень рад познакомиться с вами, мистер Тиббс, – произнес Эндикотт. – Какого рода случаи вы расследуете?
– Совершенно различные, сэр. Я занимался наркотиками, дорожными происшествиями и кражами со взломом, но в основном я специалист по преступлениям против личности – убийствам, изнасилованиям и подобным крупным правонарушениям.
Эндикотт повернулся к Гиллспи.
– Интересно, как получилось, что мистер Тиббс оказался здесь? – спросил он.
Сэм Вуд заметил выражение, которое начинало проступать на лице Гиллспи, и понял: дело за ним.
– Это из–за меня, – сказал он. – Вирджил ждал поезда, а я задержал его и доставил как подозрительного. Его личность была установлена позднее.
– Полисмен Вуд действовал очень решительно, – добавил Тиббс, – он не оставил возможному убийце ни одного шанса на побег.
И тут впервые в жизни Сэм Вуд почувствовал, что ему нравится чернокожий.
Эндикотт вновь обратился к детективу из Пасадены.
– И надолго вы собираетесь задержаться в Уэллсе? – спросил он.
– До ближайшего поезда, – ответил Тиббс.
– А когда он прибудет?
– Если не ошибаюсь, в пятнадцать сорок.
