– Не знаю, что и думать, но пытаюсь разобраться. Я посылал людей обыскать все окрестности замка с целью обнаружить тайный ход – ведь кто-то стоял на стене замка и наблюдал, как мы хороним сердце принца. Во многих замках и старинных домах есть древние тайные ходы – на случай осады. Но они не нашли ничего. Я задавал вопросы на соседних фермах и в деревне, показывая им набросок стрелы, извлеченной из болота, чтобы посмотреть, не сумеем ли мы найти кого-то, фанатично преданного делу йоркистов, человека, рискнувшего убить наследника Тюдоров.
– Но, как предполагается, мы с тобой должны работать вместе. А я ничего об этом не знала.
– Я говорю тебе сейчас. Чувствую себя беспомощным, способным только разогнать этих хищников – птиц, я имею в виду, – добавил он тихонько, держа коня за узду, чтобы не убежал, и крикнул на затаившихся птиц, которые теперь сидели на дубе. Они взлетели, покружили и вернулись.
– Ник, я понимаю, что не должна была идти исследовать болото без тебя. Мне жаль, что там оказался Суррей. Но это не значит, что я не доверяю тебе или…
– Это значит, что тебя могли убить, а ты под моим присмотром!
– О‑о! Ты беспокоился, что королева сочтет тебя виноватым. Теперь я поняла. Твой долг, твое будущее поставлено на карту, особенно с тех пор как ты оказался в неловком и прискорбном положении, сказав лорду-казначею, графу Суррею, что мы обручены.
– Не желаю слушать этот вздор. Если хочешь спорить, то давай отложим.
Он продолжал смотреть на дверь, ни разу не взглянув на меня, отчего я рассердилась еще сильнее.
– Это ведь правда? – настойчиво спрашивала я. – Ладно, я соглашусь с тобой, что наш долг перед Ее Величеством более важен, чем какое-то мнимое обручение.
Он хмуро посмотрел на меня и вновь отвел взгляд.
– Клянусь, я с ума схожу из‑за тебя. От разочарования, от желания. А теперь тише, чтобы мы могли слышать не только, как дождь стучит по крыше, но и как к нам кто-то подкрадывается.
Я продолжала, но уже шепотом. Он сумел прогнать мой гнев, и теперь мне было страшно от того, как разворачиваются события. Убиты Фиренце и Сим, а теперь вот это. Я легко могла стать еще одной жертвой.
– Ник, случилось две ужасных вещи, две смерти здесь, в Уэльсе. Я все понимаю, но неужели ты должен нападать на меня?
Он обернулся и схватил меня за плечи.
– Нападать на тебя? Я пытаюсь уберечь тебя. А этот девиз на стене пещеры … и то, как твой преследователь, которого искали люди Суррея, бесследно исчез… отравление принца… а теперь это… Верайна, если лорд Ловелл вернулся, намереваясь причинить зло, и я не сумею остановить его, не пытайся найти его, хорошо?
Эти слова потрясли меня, я поняла, что Ник, мой сильный, несгибаемый Ник, испытывает страх. Я кивнула в знак того, что поняла, и подняла руки, чтобы взять его за запястья, несмотря на то что он держал меня. Казалось, мы поддерживаем друг друга в центре все сметающего шторма, и я знала, что, по меньшей мере, мы служили утешением друг другу.
Какое-то время мы с Ником стояли молча, словно статуи, но потом он крикнул, чтобы отогнать хищных птиц. Когда сломя голову прискакали Райс с шерифом, Ник и шериф по имени Каргон Дилан, дородный человек с черной бородой, сняли старую Фей с дерева и опустили на землю. Я вышла из хижины, несмотря на предупреждения Ника.
– Никогда не думал, что увижу ее смерть, – шериф Дилан покачал головой и громко вздохнул. Оба мужчины – и Райс – время от времени бросали взгляды на поляну и деревья. – Клянусь, в ее духе было бы вскочить сейчас и броситься в лес. – Он стянул с головы шапку, и, несмотря на дождь, Ник и Райс последовали его примеру. Чтобы не отставать от них, я откинула капюшон. Дождь, хоть и холодный, был приятен. Он омыл мое лицо.
– Я немедленно пошлю за коронером, и мы посмотрим, кому было нужно заставить замолчать Фей или причинить ей вред, – пообещал шериф. – Поскольку дождь превратил дорогу местами в непроходимую, процессия отправится завтра, чтобы не опоздать ко времени похорон в Вустер.
Ник вскинул голову.
– Кто это сказал? – резко спросил он.
– Сказали из замка, передали от графа. Всей деревне приказали выстроиться вдоль дороги на заре. Мне надо присмотреть за этим, значит, разбираться с убийством Фей придется позже. Надеюсь, это не даст возможности тому, кто это сделал, скрыться.
Мы с Ником обменялись взглядами над плечом этого человека. Я просто слышала мысли Ника.
Но еще более поразительным, чем заявление шерифа, было то, что как раз перед тем как он прикрыл лицо Фей одним из мешочков для трав, я увидела не мокрые седые волосы, а золотистые пряди, лицо гладкое, а не морщинистое, а шею мягкую и белую, а не посиневшую от веревки вешателя.
