Латун волновался. Волна возмущения и жалости к себе подымалась в нем. В самом деле, стоило ли изобрести такое, о чем даже не могло мечтать человечество, для того, чтобы стоять в позе приказчика перед этой девушкой и выслушивать ее заказ. Черт знает, что происходит!
Но что же делать! Забивший со стихийной силой фонтан целебного источника распродают стаканами. Очевидно, таков закон.
И Латун, чуть-чуть нагнувшись, как нагибается всякий продавец в сторону покупателя, ответил:
– Да, гражданка. Пожалуйста. Это так. Вы можете заказать себе жениха. Какого именно пожелаете?
Молодая девушка без промедления – вопрос был ею, очевидно, хорошо продуман в утренних и вечерних грезах, когда вот эти самые милые пряди волос бывали разбросаны по жаркой подушке, а большие глаза наглухо закрыты отяжелевшими веками, – ответила:
– Знаете, я бы хотела, чтобы он был хороший.
Затем подумала и продолжала:
– Интересный. Хотя, знаете ли, внешность для меня не имеет особого значения.
– Но все-таки, – галантно сказал Латун уже совсем тоном продавца в магазине, – поскольку вы заказываете себе жениха, вы можете это сделать по своему вкусу. Нам все равно, Это не будет стоить дороже.
Ориноко, – находившийся в углу комнаты за зеленой занавеской, чуть не прыснул: Латун говорил так, как говорят о фасоне ботинок. «Торговля остается всегда торговлей», – подумал он.
– Значит, можно заказать по своему вкусу? – спокойно спросила девушка.
– Пожалуйста.
– Ну, хорошо.
И с простотой, возвышающейся, может быть, до поэзии, девушка продолжала:
– Глаза чтобы были как василечки.
Она провела ладонью по лбу и добавила:
– Или как звездочки.
И еще подумав, она продолжала:
– Чтобы он был высокого роста. Красивый. Сильный. Чтобы с ним было хорошо-хорошо… Чтобы были поэзия и настроения…
Еще пауза. И после напряженного, решительного размышления:
– Чтобы был честный, благородный и чтобы хорошо зарабатывал.
– Одну минуточку, – сказал Латун. – Я запишу все это.
Он достал толстую книгу, предназначенную для регистрации заказов, записал все и спросил:
– А как насчет известности? Нужно, чтобы он был знаменитым?
– Пожалуйста. Спасибо. Можно, чтобы он был и знаменитым.
И спокойно спросила:
– А когда он будет готов?
– Зайдите через недельку, – ответил Латун, не поднимая головы, склоненной над книгой.
Ориноко, Кнупф и Камилл разбрелись по городу в поисках помещения. Все находили, что в одной комнате смешно принимать заказы и особенно изготовлять их.
– Это совершенно невозможно! – восклицали и Ориноко и Камилл с таким видом, точно они были опытными специалистами по изготовлению людей.
Латун отличался нерешительностью. Он явно нуждался в руководстве. Его длинные речи по всякому поводу, а часто и без повода, нисколько, по мнению юношей, не способствовали продвижению величайшего на земле открытия.
Эти юноши были значительно современнее Латуна и меньше придавали значения формальности и законным взаимоотношениям с властями:
– Что там думать и бояться – законы, законы! Законы сами по себе, а мы сами по себе.
На беспокойство Латуна они отвечали уверенными репликами, что ничего им власти не сделают, что, если ждать, пока выдадут патент на изобретение, погибнет все.
– Нам нужно помещение, – говорили они. – Неужели вам это не ясно?
И парни энергично занимались поисками, причем Кнупф совмещал поиски помещения с вербовкой заказчиков.
Капелов же никуда не отлучался и весьма внимательно знакомился с ремеслом искусственного человекоделания.
Он обладал недюжинными способностями. Это сразу заметил Латун. Капелов легко разбирался в эликсирах и тканях. Его пальцы быстро и ловко нащупывали что нужно. Ноздри безошибочно разбирались в запахах. Ему не претили эти утробные животные запахи человеческого тела. Он любил запах живой человеческой крови – не той, которая зря проливается, а той, которая льется в жилах, проходит через сердце и пахнет тем, что не имеет имени, чем пахнут губы возлюбленной на рассвете, истерзанные, горячие и чуть солоноватые.
Бывали случаи, когда в ночных работах Латуна он помогал ему чрезвычайно существенно, легко разрешая задачи, над которыми долго бился Латун.
– Совершенно правильно, – соглашался хозяин мастерской, с удивлением посматривая на Капелова. – Вы очень способный человек. Несомненно, вы принесете пользу мастерской. Ах, надо будет исправить вашу голову, чтобы вы могли поворачивать ею во все стороны. Напомните мне как-нибудь, я это обязательно сделаю на досуге.
Первый заказ жениха для девушки очень заинтересовал Капелова. Он оживленно высказывал свои предположения, каким должен быть этот жених:
– Давайте сделаем нечто хорошее, – сказал он. – Эта симпатичная молодая девушка достойна хорошего жениха.
Когда он эту же мысль высказал в присутствии Ориноко, тот съязвил:
– Я видел, вы энергично поворачивались, чтобы получше ее разглядеть, когда она была здесь. Жаль, что вам пришлось поворачиваться всем телом, так как вам трудно поворачивать голову. Почему вы так заинтересованы в том, чтобы у нее был хороший жених?
