Фрэнси расписалась за вещи, проводила рассыльного и села, бессмысленно уставившись на громоздившиеся на полу коробки. Наконец, заметив сверху стопку конвертов, она разрезала тесемку. Корреспонденция в основном содержала служебные записки и рекламные проспекты. В самом низу лежал конверт с ее именем, написанным знакомым почерком.
Дрожащими пальцами Фрэнси разорвала плотную бумагу и достала письмо.
«Дорогая Фрэнси!
Я пишу тебе, чтобы сказать самое главное, чего никогда и никому не говорил.
Когда-то я пытался предостеречь тебя насчет опасностей, ожидающих нас обоих в «Магнус индастриз». Но только сейчас я понял, к сожалению, слишком поздно, что недооценил их.
Мой отец-могущественный человек, обладающий большей властью, чем кто-нибудь из нас может представить. В этом и только в этом причина случившегося. Все не так, как кажется с первого взгляда. Прошу тебя только, не верь происходящему. Моя женитьба на Белинде ничего не значит. Однажды я буду свободен, и, когда этот день настанет, я найду тебя и попытаюсь заслужить твое прощение и твою любовь.
До этого времени я не имею права осложнять твою жизнь своим присутствием в ней. Прошу простить меня и, умоляю, привыкни к мысли-все, что случилось, нереально, реальны только мы, ты и я.
Знай, что я люблю тебя и всегда буду любить, больше, чем себя, больше своей жизни.
Джек.»
Дочитав до конца, Фрэнси уставилась в пространство перед собой, потом скомкала записку, судорожно прижала к груди и выбросила в корзинку для бумаг.
Вернувшись к окну, она долго смотрела на плывущий мимо поток людей. Каждая уходящая минута казалась еще одним кинжалом, вонзающимся в кровавую рану в сердце. Фрэнси сидела словно каменное изваяние, не замечая ничего вокруг.
Когда наступил вечер и по углам протянулись длинные тени, она встала, подняла записку, разгладила ее и положила между страниц любимой книги, а книгу убрала на полку. Что-то подсказывало ей — нельзя расставаться с этим письмом.
В комнате становилось все темнее, и в этой спасительной темноте было легче думать. Фрэнси сознавала, что пока она многого по-прежнему не понимает. В этом письме содержалось что-то важное, она обязательно перечитает его потом… когда-нибудь… Ведь теперь у нее много времени.
Так ли уж много?
Когда Джек Магнус писал свою прощальную записку, он тоже не знал об одном важном обстоятельстве.
Фрэнси была беременна.
«Огромный успех компьютерной сети „Магнус“
Представитель европейского отделения «Магнус индастриз» объявил о введении в действие первой компьютерной сети связи между европейскими филиалами, созданной посредством новой, нигде ранее не применявшейся технологии.
Роберт А. Бах, вице-президент по международным системам, вчера сообщил об этом на утреннем диспетчерском совещании. По его словам, специалисты по вычислительной технике корпорации «Магнус» установили в Париже, Лондоне и Лозанне модифицированные компьютеры «IBM-650» с программами, разработанными отделом вычислительной техники «Магнус» и предназначенными для информационной сети, содержащей сведения о маркетинге, материалах, оборотных фондах и не зависящей ни от валютных, ни от языковых барьеров.
— Мы ожидаем, что новая система поможет увеличить продуктивность работы наших филиалов уже на двадцать процентов за следующие три квартала, а возможно, и намного больше, — сказал господин Бах. — Мы считаем, что работники отдела вычислительной техники совершили эпохальный прорыв в будущее, который повлияет в дальнейшем на развитие бизнеса во всем мире».
Фрэнси сидела одна в квартире, тупо уставясь в «Уолл-стрит джорнел», и размышляла над тем странным фактом, что имя Джека ни разу не упоминалось в статье, а ведь именно Джек был движущей силой этого «эпохального» проекта… как, впрочем, и она сама.
