Джули Магнус обещала сегодня вести себя прилично.
Прием устраивали кузены ее матери в своем роскошном двухквартирном особняке на Пятой авеню в честь сестры, Юнис Чайлдз, страдавшей тяжелым нервным заболеванием. Сегодня ей исполнилось пятьдесят лет, и были все основания полагать, что этот день рождения может стать последним.
Джули всегда любила Юнис. В детстве она часто посещала поместье Чайлдзов на Хилтон-Хэд-Айленд, и Юнис водила ее смотреть аллигаторов, морских птиц и висячий мох. Во время этих долгих прогулок по пустынным пляжам в поисках «песчаных долларов» они любили беседовать по душам. Юнис и ее муж Джефф были похожи на двух туземцев, месяцами никого не видя и проводя долгие часы в карточных играх и решении головоломок на веранде своего старого дома.
Визиты Джули прекратились, когда десять лет назад Джефф умер от сердечного приступа, а Юнис замкнулась в себе и никого не принимала. Но она по-прежнему часто писала племяннице.
Джули радостно приветствовала Юнис, которая вовсе не казалась больной, несмотря на то что рядом с ней постоянно находилась сиделка, на случай внезапного приступа. Они прекрасно провели целый час, дружески болтая, прежде чем Джули наконец решилась отойти. Юнис была такой же дружелюбной и веселой, как и раньше, хотя не могла скрыть беспокойства в глазах, когда смотрела не Джули. Она несомненно знала, какие слухи ходят о племяннице.
Джули уже хотела уходить, когда вдруг увидела человека, с которым они не встречались почти двадцать лет. Его звали Скотт Монтигл. Семья Монтиглов считалась одной из самых богатых в Филадельфии, но канула в безвестность после того, как отец Скотта разорился во время Великой Депрессии и покончил с собой, выпрыгнув из окна.
Девочкой Джули как-то была в гостях у Монтиглов и влюбилась в Скотта с первого взгляда. Это был чувствительный деликатный мальчик, и Джули с удовольствием принимала его ухаживания. Они не отходили друг от друга на всех семейных сборищах, долго переписывались, когда мать и сестры Скотти увезли его в Англию, но потом дружба оборвалась.
Джули все еще помнила смешной случай, когда она и ее маленький кавалер уселись в тени старого каштана на огромном газоне в загородном поместье родственников Монтиглов и, обнявшись, стали целоваться, подражая взрослым. Затеяла это, конечно, Джули, которая уже тогда была слишком развита для своего возраста. Но Скотт был очарован хрупкой белокурой красавицей, и обстановка была такой романтичной… Как ни странно, Джули запомнила это невинное детское приключение во всех подробностях.
Сначала она не узнала Скотта — слишком много времени прошло, однако стоило им поговорить три минуты, и она поняла — Скотт тоже не забыл о днях, проведенных вместе, это было очевидно по тому, как он смотрел на нее.
Скотт превратился в красивого молодого человека, высокого, с хорошими манерами. Говорил он с английским акцентом, но чем дальше они болтали, тем сильнее он становился похож на того мечтательного, застенчивого мальчишку, в которого Джули была так влюблена когда-то. Монтигл казался вполне довольным жизнью — он служил адвокатом в Лондоне и ко всему относился с доброжелательным юмором, так что Джули чувствовала себя легко и свободно в его компании.
Поняв, что ей нравится болтать со Скоттом, она провела с ним больше часа, подробно расспрашивая обо всем. Старшая сестра Скотта вышла замуж, младшая училась в колледже, мать продолжала работать. Жили Мрнтиглы в Лондоне, в скромной квартирке.
Рассказ Скотта был простым, коротким и не изобиловал событиями, но Джули слушала затаив дыхание, потому что это была честная чистая жизнь, полная мужественного упорства и скромных ожиданий.
Глядя на Скотта, Джули ощутила прежнюю детскую привязанность к нему и неожиданно оробела. В отличие от него ей было что скрывать, если она не желала, чтобы Скотт плохо думал о ней. Джули вдруг захотелось вновь стать той девочкой, которую Скотт знал когда-то. Вот и сейчас он смотрел на нее, как раньше-так нежно, так уважительно…
Когда настало время прощаться, Скотт, наклонившись к Джули, спросил, когда они смогут снова увидеться.
— Не поужинаете ли вы со мной? Так хочется поговорить о старых временах, получше узнать вас.
Джули заколебалась, не зная, что ответить. Она в одно и то же время и хотела опять встретиться с ним, и боялась его, такого порядочного и искреннего. Когда она наконец решилась и утвердительно кивнула, глаза Скотта загорелись. Он пообещал заехать за ней завтра вечером.
Кроме того, Скотт попросил разрешения проводить девушку домой, и та согласилась. Прощаясь с Юнис, Джули почувствовала укол в сердце. Похоже, она действительно видит тетю в последний раз. Та заметила, что Джули разговаривала с молодым человеком, и в усталых глазах появился прежний блеск — так смотрит сваха, которой удалось наконец устроить судьбу очередной парочки. И Джули почему-то сразу почувствовала себя лучше.
