Иногда эти песенные параллели охватывают не две, а четыре строки:
Но и в таких стихах нередки случаи смыслового контраста между параллельными частями строфы:
Так же тесно связаны с устно-поэтической традицией напевные подхваты второй половины стиха:
Так же характерны для песенной структуры стихотворений Некрасова такие повторы:
Иногда поэтом подхватываются не те же слова, но подобные:
Сравните в былинах: «клюки-посохи», «хитростью-мудростью», «жаловать-миловать», «для-ради прохожего-проезжего».
Иногда такие подхваты встречаются в двух рядом стоящих строках:
Это удлинение фразы при помощи тавтологических и синонимических слов — одна из заметнейших черт его стиля.
Особенно часто повторял он предлоги перед каждым управляемым словом. Это прием чисто песенный, не свойственный ни декламации, ни сказу.
Не только в поэму «Кому на Руси жить хорошо», а почти в каждое крупное свое произведение он вставлял одну или несколько песен: в поэму «Коробейники» — «Песню убогого странника», в поэму «Несчастные» — «Песню преступников», в поэму «Современники» — «Бурлацкую песню», в первоначальный вариант «Медвежьей охоты» — «Песню о труде» и «Песню Любы».
Одно из самых совершенных произведений Некрасова, поэма «Мороз, Красный нос», написанная в пору, когда он вполне овладел своим стилем, есть, в сущности, собрание песен, связанных между собою лишь самыми необходимыми звеньями повествовательного стиха. Первая часть поэмы включает в себя следующие в высшей степени певучие песни:
«Три тяжкие доли имела судьба», «Голубчик ты наш сизокрылый», «Ну, трогай, Саврасушка! трогай» (II, 168-178).
Вторая часть вся сверху донизу переполнена песнями:
«Голубчик, красавицу нашу», «Умер, не дожил ты веку», «Стала скотинушка в лес убираться», «Овод жужжит и кусает», «Сон мой был в руку, родная», «Долги вы, зимние ноченьки», «Стадо у лесу у темного бродит», «Я ль не молила царицу небесную?», «Лето он жил работаючи», «Вся ты, тропина лесная», «Вглядись, молодица, смелее», «Тепло ли тебе, молодица?» (II, 181-195).
Итого девятнадцать песен. Остальные фрагменты — повествовательного типа, но и они нередко преображаются в песню:
Вначале Некрасов удерживается на линии сказа, в пределах строго повествовательных форм, но в конце концов, как почти всегда, всецело отдается во власть песнопения.
