В прошлом для наиболее крупных международных форумов применялся термин «конгресс». В качестве примеров форумов такого рода можно назвать Венский конгресс 1815 года, Парижский конгресс 1856 года, Берлинский конгресс 1878 года. В наше время конгрессами стали называть форумы общественных сил. Например, Всемирный конгресс миролюбивых сил 1973 года. Российская Федерация является активной участницей самых различных переговорных форумов. Она развивает сеть международного взаимодействия в двусторонних и многосторонних форматах, прежде всего в рамках ООН, на пространстве СНГ и в Евразии в целом, в Азиатско-Тихоокеанском регионе, Африке и Латинской Америке.
Под этикой переговоров понимаются моральные начала, нормы поведения и взаимоотношений участников переговоров друг с другом.
Каких-либо сводных правил на этот счет нет. На поведение участников переговоров могут влиять многие факторы — господствующее мировоззрение эпохи, в которой происходят переговоры, идеология представляемых переговорщиками стран, характер взаимоотношений между этими странами, острота и сложность обсуждаемых проблем, избранные переговорщиками стратегия и тактика ведения переговоров, наконец, их личные качества. Вместе с тем для хода переговоров существенное значение имеет некий общий знаменатель, касающийся моральных принципов, следование которым желательно для всех участников, чтобы облегчить взаимопонимание и установить доверие между ними. Взгляды на то, каким должен быть такой общий знаменатель, — категория, находящаяся в постоянной эволюции. Это касается и ответа на вопрос, допустима ли ложь в отношениях между переговорщиками.
По этому вопросу уже упоминавшийся Жан Отман в книге «Посол» писал, имея в виду дипломатию: «…Нет никакой другой государственной деятельности, где бы лгали больше, порой по команде сверху и во благо службы». По его мнению, «когда это бывает полезно, надо лгать». В то время даже сформировалось понятие «государственная ложь», обоснованием которого было утверждение, что «мир внутри, как и вовне королевства основывается на принципах, отличных от обычной морали: ложь в них принимала измерение государственного интереса».
Однако в 1716 году выдающийся теоретик переговорного мастерства Франсуа де Кальер в уже упоминавшемся труде «О ведении переговоров с государями» выдвигает прямо противоположные взгляды. Он подчеркивает, что переговоры, как и вообще дипломатическая деятельность, должны строиться на «высоких моральных принципах». В первую очередь речь идет о недопустимости применения лжи и обмана. «Какой бы из разнообразных способов ведения переговоров он (переговорщик. — ЮД.) ни использовал, — писал де Кальер, — основой их успеха должны быть главным образом его честность и порядочность; если он намеревается преуспеть посредством ухищрений и превосходства ума, которым, как ему кажется, он обладает в большей степени по сравнению с теми, с кем ведет переговоры, он вполне может ошибиться». Де Кальер уточнял: «Хороший дипломат никогда не должен добиваться в переговорах успеха посредством лживых обещаний и обмана доверия…». Развивая эту мысль, он отмечал: «Вне всякого сомнения, зачастую лицемерие помогает дипломату добиться успеха, но всегда менее прочного, так как оно возбуждает ненависть и жажду мести в сердцах обманутых им людей, которые рано или поздно дадут ему почувствовать последствия его коварства». Де Кальер касается и столь важной для дипломата темы, как его репутация. «…Лицо, ведущее переговоры, должно помнить, что ему в течение жизни придется договариваться не по одному делу, так что в его интересах снискать хорошую репутацию и рассматривать ее как истинное достояние, ведь она облегчит ему впоследствии достижение успеха на других переговорах».
В 1772 году труд де Кальера был издан в России в переводе известного нашего дипломата и писателя П.А. Левашова. Критическое отношение к тезису о допустимости «государственной лжи» автор перевода выразил в следующих словах: «Но как политика никогда не должна быть противна чести и закону, то посол должен убегать сего способа, яко опасного себе самому и редко полезного намерениям своего государя».
Такого рода мысли легли в основу классической школы переговорного искусства, и они сохраняют свою актуальность по сей день, разумеется, не только в дипломатии.
