— Нужно вычислить объем энергии Лей, содержащейся в…
— Все верно, — снова перебил профессор. — Если не помните общей формулы вычисления объема Лей-энергии в условных единицах, то это ваши проблемы. Кто помнит — может начать вычислять. На это есть пять минут.
— Профессор, — подал голос Ардан.
— Да, господин Эгобар?
— Я тут, немного, кровью теку.
— Я вижу, господин Эгобар, — лишенным всяких эмоций тоном, констатировал профессор. — А могли бы, кстати, не истекать, если бы дали госпоже Эвелесс усвоить её урок, что бывает со Звездным Магом, который плохо знает теорию.
Эльфийка никак не отреагировала на услышанное, продолжив водить ручкой по тетрадному листу.
— Кстати, — внезапно спохватился профессор. — напоминаю, что каждый, кто подвергнется на наших занятиях действию яда или какого-либо негативного эффекта от представителей флоры и фауны, может попытаться избавить себя от оного. Если у него получится раньше, чем мы с классом вычислим формулу противодействия, и я буду вынужден, — Ковертский достал ту самую колбочку с жидкостью. — вылечить студента, то я поставлю в известность вашего профессора по целительскому искусству. Он зачислит вам дополнительные балы при зачете.
Студенты явно воодушевились от услышанного, а Арди только сильнее уверился, что Ковертский не был самодуром. Ему явно требовались добровольцы для наглядной демонстрации тех или иных эффектов. Но кто, по доброй воле, захочет себя травить или чего похуже? А вот дополнительные балы для лекций по лекарскому делу, считавшемуся одним из самых сложных направлений для непрофильных студентов…
Ну и, тем более, Звездные Биология и Алхимия были тесно связаны с Целительством. Март, как-то, высказывал мнение, что к объединению двух факультетов может, когда-нибудь, добавиться и третий…
— Я могу приступать? — спросил Ардан, которого не сильно радовало все нарастающее жжение в пальце.
— Разумеется, господин Эгобар, — помахал рукой профессор. — Так, кто уже смог вычислить объем Лей? Отлично… пожалуйста, вы…
— Девять!
— Все верно. Теперь, когда мы с вами знаем исходный объем, то подставим его в формулу и получим, что нам потребуется… проклятье… не люблю математику… Хм… ах, да. Нам потребуется противодействие в, поправьте если не прав, два луча красной звезды.
Ардан, по дороге к одному из ингредиентов, на мгновение обернулся и чуть не споткнулся. Формула разрослась настолько, что едва умещалась на доске. Да и прозвучавшее «девять» не говорило ему ровным счетом ни о чем.
Что же — очередной пробел, который ему придется заполнить. Но это в будущем.
В данный момент Ардан подошел к тому самому лесному розмарину, с которым Эльфийка спутала Лей-растение. Он протянул к цветку ладонь и чуть прислушался. Прислушался к шепоткам цветков, качавшихся на легком ветерке, гулявшем по оранжерее. Прислушался к тому, как медленно, незримо, росли корни в рыхлой, влажной почве. Но на деле они суетливыми кротами рыли пути все глубже и глубже.
В этом Арди услышал осколок имени, и он произнес его и попросил цветок отдать столько, сколько нужно, чтобы помочь Ардану. В ладонь юноше легли шесть лепестков. Арди поблагодарил и разорвал связь с именем цветка.
Большинство ядовитых Лей-растений лечились зельями, основой которых становились их предки. Конечно, это не касалось сложных ядов, сваренных из них, да и кроме самого предка отравы требовались еще и другие растения.
Ардан, убрав лепестки в карман, окинул взглядом оранжерею и подошел к клумбе с первоцветами, чьи желтые кувшины склонились почти к самой земле. Он принюхался к ним и выбрал тот, что отдавал в запахе корицей. Когда-то Ардан нарвал таких целую охапку, но Анна не оценила. Нет, она любила корицу, просто человеческий нос не мог уловить этого запаха в первоцветах.
Забрав всего один бутон, Арди добрался до крапивы, стервозно торчащей в самом дальнем углу. Он взялся за самый толстый стебель и, аккуратно обломав его над корнем, положил на край клумбы, чтобы выдавить сок, но внезапно понял…
— Профессор?
— … в данном случае, нам потребуется снизить количество поступающей в кровь белковой струк… что, господин Эгобар?
— А где инвентарь?
— Ах… да… — спохватился Ковертский и, отложив мелок, взял в руки указку. Очередная печать и вот часть восточной стены уже покрывается желтоватым сиянием и в ней обнаруживается дверь. — Лаборатория там. И если, господа студенты, кто-то попытается вычислить что за печать я использую для её сокрытия и взломать, то, я, конечно, сообщу декану Тумвелу, заведующему факультетом Защитной магии, и он вас обязательно похвалит, но на
Ардан, взяв с собой стебель крапивы, ловя на себе любопытствующие взгляды, подошел к двери и, открыв, прошел внутрь.
Просторное, светлое помещение, буквально утопающее в свете Лей-ламп. Размерами достаточными, чтобы уместить здесь даже больше, чем три десятка столов, на каждом из которых покоились самые разнообразные приборы, которые Арди уже видел в шкафу профессора.
