— Я отдал ей офицерскую метку, — Ардан резко обернулся, но увидел лишь исчезавший среди толпы темный плащ и брякающую жестяную банку. Секунда и старухи и след простыл.
Арди дернулся было в сторону, но его остановил Аркар.
— Одна из Незримых, Ард, — шепнул тот ему на ухо. — Они заговаривают зубы получше Говорящих с вашим Взглядом Ведьмы. Что им отдал — уже не вернешь. А уж искать их… Ха! Лучше, чем Незримые, город не знает никто. Если она сама того не захочет, ты её никогда больше не встретишь.
Ардан прокряхтел что-то нечленораздельное. Ладно, это все мысли завтрашнего дня. Тем более, никаких строгих правил по поводу передачи офицерской метки у второй канцелярии не существовало.
— Идем, — повторил Аркар, утягивая все еще размышлявшего Арди за собой.
Может быть, если бы у него имелось заклинание, способное искать его вещи, то он бы смог отыскать даже одну из Незримых… а если бы обладал заклинанием, сковывающим, а не уничтожающим, то в ситуации со стражами не пришлось бы незапланировано купаться в Ньюве.
Спящие Духи… ему требовалось время. Не только для тренировок, но и, банально и тривиально, изучения новых печатей. Его арсенал, с каждым новым месяцем начинал выглядеть все скромнее и скромнее. Причем — даже на фоне студентов Большого, постоянно изучавших новые печати. Да, они их именно, что изучали, а не заучивали, но…
Арди вспомнил первые наставления Николаса-Незнакомца, предупреждавшего, что если слишком углубляться в создание модификаций, то, рано или поздно, обнаружишь, что в твоем гримуаре всего несколько печатей заняли все свободные листы.
Наверное, именно поэтому Аверский имел один «дорожный» гримуар и десятки, если не сотню, под исследования.
С учетом наличия в книге заклинаний порядка ста пятидесяти страниц, то, если создать по пять основных модификаций, маг мог хранить в ней порядка тридцати заклинаний. А еще, если часть нанести на посох… Арди взглянул на своего верного спутника, составлявшего ему компанию уже много лет.
Нет, пожалуй, что с посохом он подождет еще немного. Пока не достигнет синей Звезды и не перейдет к сложнейшим структурам трехзвездных чар.
— Сюда, — Аркар свернул за угол.
По узким переулочкам они прошли на соседнюю улицу, где поднялись по нескольким лестницам, миновали пару каменных переходов (
Аркар, зачем-то проверив револьвер, постучал костяшками о железо. Через несколько мгновений, напоминая собой сцену у кабаре Красной Госпожи, с лязгом открылась задвижка и две пары орочьих глаз взглянули на улицу.
— Уходи, — донеслось оттуда и задвижка закрылась.
Аркар выругался и постучался еще раз.
— Уходи, — повторили изнутри. — Пока я тебе кишки не выпустил.
— Ты мне должен, Гиргарар, — процедил Аркар не переставая, при этом, оглядываться по сторонам.
— Я тебе должен
— Я об услуге и прошу, Гир, — стукнул кулаком по двери Аркар. — Пусти, или я вынесу эту дверь вместе с тобой.
Пронзительно скрипнули несмазанные петли и в грудь полуорку уперся обрез охотничьего ружья, явно переделанный под дробь куба более крупного калибра.
— С дырой в груди, Аркар, ты много не сделаешь, — и на свет вышел обладатель сухого голоса.
Пожилой орк. Куда старше, чем лекарь из банды Орочьих Пиджаков. Его кожа не просто посерела, но и истончилась настолько, что практически обнажила дряблые мышцы. Клыки местами пожелтели, а местами обломались и теперь венчались самыми дешевыми коронками — из нержавейки, покрытой серебром. Редкие, жиденькие волосы уже не седые, а прозрачные. Орк опирался левой рукой на массивную трость, обрез в его правой руке ходил ходуном — один глаз помутнел и ослеп, а второй щеголял таким толстенным моноклем, что вообще удивительно — как старый орк что-либо видел. А носил тот и вовсе — мохеровый халат поверх рубашки и кальсон.
— Гир, я…
Аркар не договорил. Взгляд старика переместился на Арда. Какое-то время он его молча разглядывал, а затем, так же молча, ничего не говоря, перевел ствол на юношу и уже почти вдавил спусковой крючок.
Арди, разумеется, успел воплотить печать Щита, но и Аркар тоже не стоял со сложенными руками. Он как-то хитро, ловко выхватил обрез из рук старика, так что тот так и не выстрелил, а следом, одним единым движением, достал из кармана револьвер и приставил к подбородку сородича.
Немая сцена продлилась пару мгновений. Старый орк, наконец, чуть качнул головой.
— Проходите.
— В малого зачем шмалять… стрелять, тобишь-та, хотел? — прищурился Аркар.
— Глаза уже не те, Аркар… показалось, что старого знакомого увидел. Одного ублюдка из числа матабар. Но тот, скорее всего, уже давно сдох, — прокашлялся старик. — Как и все их племя.
Аркар с Ардом переглянулись. Почему-то юноша был уверен, что старый орк говорил совсем не про его отца…
