Вскоре до слуха Ардана донесся протяжный плач пожарных оповещателей и визгливые крики сирен стражей. Милар свернул на очередном повороте и юноше пришлось ненадолго зажмуриться. Свет от вспышек многочисленных фотокамер и блеск ламп на крышах служебных автомобилей превратил вечер, проеденный искрами мигающих Лей-ламп в окнах высоток, в цветастое представление на ярмарке. Отсветы синих, алых, желтых и серых огней широкими мазками протянулись по стенам и асфальту.
Окна на домах были задернуты шторами, а на улицах, кроме служащих в бледно синих мундирах с шевронами с символом «Вода» (
Пожарные автомобили — массивные грузовики, тянущие цистерны с водой, лестницы, песок, железные приспособления и тяжеленные шланги, выстроились длинными вереницами вдоль поребриков. Отважные парни прикручивали тугие прижимные гайки шлангов к гидрантам и, вооружаясь лестницами… стояли на месте.
Точно так же, как стояли на месте стражи. В красных мундирах, оттененных темными эполетами, они держали в руках армейские винтовки и сверкали железными касками с острыми, стальными зубцами. Причем, кроме обычного вида стражей, на улицу высыпали из странного вида грузовиков — господа в темно-зеленых мундирах. С погонами, в покатого вида касках, в высоких темных ботфортах и таких плащах, что те легко можно было использовать вместо походных палаток.
Военные.
Вся улица, от перекрестка до перекрестка, буквально утопала в пожарных, стражах и военных. И из всей троицы только красные мундиры, с первого взгляда, выполняли хоть какую-то работу. Стражи стояли около парадных входов в высотки, оцепляли примыкающие переулки и внимательно следили, чтобы столпившиеся у поворота автомобили журналистов не смогли пробраться сквозь живое оцепление.
И лишь изредка среди сине-красно-зеленого соцветия мелькали черные точки. Работников второй канцелярии, на фоне моря из всех прочих силовых структур, почти не различишь.
— Что здесь происходит? — нахмурился Ардан.
Юноша не понимал, почему они с Миларом так сюда спешили, а еще — зачем здесь пожарные и такое количество военных. Улица, если не принимать в расчет пляшущих на стенах овальных отсветов прожекторов, выглядела вполне себе обычно.
Разве что пустынно. Ни автомобилей, ни трамваев, ни, тем более, людей.
— Дз-и-и-и-и! — Милар вдавил клаксон.
Толпы репортеров, вооруженных громоздкими (
— У меня не очень позитивное предчувствие, напарник, — процедил капитан, доставая из внутреннего кармана удостоверение.
Когда к ним подошел один из военных, с примкнутым штыком и расстегнутой кобурой револьвера, капитан протянул через окно бумаги.
Проверив документы, военный замахал своим сослуживцам. Четверо крепких мужчин с шевронами в виде мифических грифонов отодвинули деревянные заграждения, давая возможность автомобилю проехать за оцепление.
Ардан крутил головой разве что не на триста шестьдесят градусов. Но видел одно и тоже. Стройные ряды прижавшихся плечами друг к другу высотных зданий, среди которых одиноким коротышкой пристроился старый, заброшенный склад. Огороженный со стороны тротуара строительным забором, укрытый металлической сеткой, чтобы случайного прохожего не прибило отколовшимся куском кирпичной кладки, тот выглядел единственным, что могло привлечь внимание патруля стражей.
Патруля! А никак не почти трех сотен служащих сразу из двух департаментов и еще сотню солдат из числа столичного гарнизона.
Метрополия, из-за её географического расположения, обладала собственным, весьма значительным, гарнизоном, чья численность… неизвестна. Секретная информация.
Милар, опустив окно, подъехал к одному из грузовиков. Чуть длиннее остальных своих собратьев, с высокой колесной базой и, по контуру, укрепленный бронированными листами вороненой стали.
Арди уже видел такие. На площадке рядом с Черным Домом.
Собственно, рядом с грузовиком в данный момент расположились несколько служебных автомобилей Плащей, два — стражей и, куда больше, курящих людей. Вернее даже — офицеров и руководителей всех, из представленных на улице, ветвей силовых структур.
Милар, заглушив двигатель, расстегнул кобуры револьверов и достал с пола ножны с саблей. Выходя из салона, он пристегнул её к патронташу и отстегнул от эфеса шлевки.
Вместе с Ардом они подошли к грузовичку. С некоторыми из служащих Пнев поздоровался за руку, с кем-то ограничился дежурными кивками, а вот перед последним — отсалютовал.
В центре курящей группы числом примерно в дюжину офицеров, хмурясь и морщиня низкий лоб, стоял Полковник. Де факто — руководитель Второй Канцелярии.
