— Пятьдесят шесть миллиметров в длину, — отчеканил Арди, аккуратно прикладывая линейку к ране. — Четыре миллиметра глубиной, — в дело пошел «толщиномер», разом заставивший Эллу позабыть о своей красноте, скривиться и дернуться в сторону, что едва не испортило измерения. — Стандартная, резанная рана с ровными краями. Повреждены слои эпидермиса и верхний слой мышц. Не задеты ни связки, ни артерия. При прочих равных, данный порез даже не требуется немедленно зашивать. Можно стянуть края мягкой повязкой, пропитанной противовоспалительной и микробной мазью.
— А если вспомнить, что вы находитесь не на лекциях профессора Ковертского, а в здании Звездных Целителей? — прищурилась Лея.
Ардан прекрасно понимал к чему клонила профессор. Она хотела, чтобы он назвал печать, отвечающую требованиям представленный раны. Просто потому, что на первом курсе, на экзаменах, от студента, в основном, требовалось именно это.
На заданную проблему назвать печать, её решающую. И, открыв справочник с базовыми версиями печатей, непосредственно, имплементировать названную печать, добавив в неё несложные модификации.
Считалось, что если за первый курс студент напичкает себя названиями и характеристиками десятков печатей, то, в дальнейшем, ему будет проще продвигаться вглубь куда более сложных тем. Так сказать — позволит построить фундамент, на который, в случае чего, всегда можно опереться.
Но проблема в том, что у Арди не оставалось времени, чтобы запомнить сотни наименований. Ему куда проще давалось
Данный подход считался… невозможным. Для остальных то, как Арди работал со Звездной магией, выглядело все равно как предложение сперва научиться писать, а затем читать и говорить.
— Здесь потребуется фиксированный массив для сведения краев раны, затем два свободных массива, — попытался было выкрутиться Ардан. — Один статичный, чтобы обеспечить нужную глубину прохождения роста клеток, а один динамический, чтобы передать изменяющиеся параметры скорости роста. Рунические связи элементарны. Шестнадцать… двадцать четыре. Да, двадцать четыре. Тут даже не важно прогрессивные они или прямые. Нет, можно, конечно, немного покрутить, включив и те и другие, но это не изменит расход лучей, а лишь скорость заживления. А при такой поверхностной ране без разницы, сколько она будет заживать. Пять секунд или пять минут.
Ардан выпрямился и как-то нелепо улыбнулся, попутно, по старой привычке почесав затылок посохом.
— Очень качественный анализ проблемы, студент Эгобар, — без тени иронии или сарказма, оценила профессор Лея. — Но вы, спешу напомнить, в данном случае не на лекции профессора Конвела. Хотя, подозреваю, что и он бы потребовал от вас правильное
Ардан вздохнул и отложил инструменты. Истина заключалась в том, что он понятия не имел какое название у печати, способной решить поставленную задачу. Да, в первом семестре он, как и все, учил наименования печатей и разбирался в их свойствах, а затем… затем Арди начал все глубже и глубже погружаться в механизмы и принципы работы Звездной Магии, а конкретные печати, которыми он интересовался, приобретали все более специфичный окрас.
Так что теперь, как некогда его однокурсники, уже он сам не мог назвать конкретной печати.
— Итак, господин Эгобар, я жду от вас ответа, — профессор постукивала жезлом по ладони, словно готовилась им же стукнуть Арда.
Как учила Елена — «
— Печать… Наримова-Клецких?
И, еще до того, как профессор ответила, судя по смешкам за спиной он не то, что прошелся где-то рядом, а выстрелил буквально в диаметрально противоположном направлении.
Профессор Лея же лишь разочарованно выдохнула и слегка стукнула жезлом о край хирургического стола. Порез на шее затянулся, не оставив после себя даже намека на недавнюю травму.
— Печать Наримова-Клецких, господин Эгобар, лечит не порезы, а переломы, — профессор Лея покатилась обратно к своему столу, стоявшему на расстоянии вытянутой руки от стола хирургического. Чтобы далеко не тянуться. — Причем переломы костяшек пальцев. Как вы собираетесь сдавать экзамены, Ард? Или вы не задумывались на эту тему? Потому что, если нет, спешу вас обрадовать. У вас осталось чуть больше недели до первого дня летней сессии.
