И что за светлый ум инженера решил стравливать давление прямо в коридор… ладно хоть додумался предварительно охладить пар…
— Кто такой? — гаркнул второй наемник.
Их оказалось не шесть, а восемь. Просто двое сидели на стульях, приставленных к стене.
Коридор заканчивался тупиком, примыкающим под прямым углом и ветвящимся еще на два рукава. С одной стороны — трюмы, а с другой стороны — непосредственно хранилища топлива и сердце дирижабля — двигатели.
Ардан даже не нашелся что ответить. И, видимо, один из наемников, заметив красноречивый посох за спиной визитера и патронташи, тоже понял, что ничего хорошего ждать не придется.
— Это маг! — выкрикнул он, потянувшись к револьверам.
Ардан же, с силой качнув запястьями, раскрыл ладони, высвобождая пробирки. Накануне он какое-то время орудовал напильником, чтобы ослабить стенки весьма крепких, при прочих равных, сосудов.
Так что, когда те коснулись стального пола, то не покатились в разные стороны, а лопнули мелкими, стеклянными осколками.
Черный туман вырвался из пробирки и пролитыми чернилами растекся по коридору, мгновенно заволакивая собой пространство. Тяжелой, мутной пленкой он облепил кашляющих, кричащих что-то наемников. Забирался им в рот и в уши, облеплял глаза и руки, сажей ложился на одежду. Клубился, пузырился вскипающим молоком, чтобы в следующее мгновение коснуться гранул, рассыпавшихся по полу.
Те защелкали расколотой ореховой скорлупой и, из каждой, вверх потянулось по маленькому колоску сиреневых искр. Те впитывались внутрь черной дымки едва заметными, быстрыми касаниями.
Оставшееся действо не заняло и нескольких секунд. Все восемь наемников, дежуривших у входа в трюм, оказались прижаты к полу, к стене, а то и друг к другу вязкой, похожей на резину, черной субстанцией. Но сколько бы они не пытались пошевелиться, та лишь становилась прочнее и все крепче сжимала тела дергающихся, мычащих бедолаг.
— Интересно, а это можно зачесть за экзамен по Прикладному Использованию Звездных Биологии и Алхимии, — промычал себе под нос Ардан, старательно перешагивая и минуя тела, бьющиеся в бессмысленных попытках освободиться.
Хотя, вряд ли профессор Ковертский оценил бы творение Ардана, по той простой причине, что Арди не очень понимал формул, по которым можно было бы повторить «
Повернув такой же маховик, как и на двери, ведущей в отсек генерации, Арди зашел в трюм.
Что же… могло быть, наверное, и хуже…
А именно — он мог не успеть увернуться от здоровенного гаечного ключа, который едва было не познакомился с его макушкой.
Ардан отпрыгнул в сторону, перехватил руку и, как и учил Гута, завел её за спину матроса, но не так сильно, чтобы выдернуть плечо из сустава.
— Я не с ними! — выкрикнул Ардан, видя, что из темноты трюма к нему приближаются еще несколько матросов. — Я пассажир! Звездный Маг.
И, будто это могло как-то помочь, качнул корпусом, демонстрируя посох.
Матросов это не убедило, но заставило ненадолго замереть.
— Смотрите, — донеслось из темноты, лишь слегка прореживаемой редкими иллюминаторами, коими снабдили трюм. — Он прикончил этих ублюдков.
Ардан не стал уточнять, что «ублюдки» вовсе не мертвы, а лишь надежно обездвижены. Настолько надежно, что ни усиленные, военные клинки не рассекут чернильные путы, ни разорвут силы вампира, орка или мутанта. Возможно, данные детали лучше оставить при себе.
— Отпусти, — процедил матрос, которого юноша все еще удерживал в захвате. — Больно же.
— Прошу прощения, — безрадостно извинился Ардан и разжал руку.
Матрос тут же отошел в сторону, но импровизированного оружия не опустил. Не доверял.
Ардан его не винил. Поменяйся он местами с матросом — тоже бы не особо обрадовался странному визитеру.
— Где старпом? — громко спросил Ардан.
— Здесь, — донеслось из темноты.
Ардан повернулся на звук и прищурился. Сумрак постепенно расступался перед ним, открывая то, что хранил в своих недрах.
Матросы не сдались без боя. Кто-то убаюкивал замотанные тряпками, окровавленные культи, оставшиеся от рук. Другие, покрытые синяками, с выбитыми глазами и зубами, лежали в собственной крови. И их головы, не давая задохнуться, держали на своих ногах те, кому удалось отделаться меньшими травмами. Было и несколько, кому наспех наложили импровизированные шины на открытые переломы, а сверху, повыше, закрепили жгуты, перетянув артерии.
Видя десятки покалеченных матросов, Ардан почувствовал, как ощущение собственной жалкости и испачканности постепенно проходит. Не до конца, но больше он не чувствовал стыда из-за того, как воспользовался уроками лесных друзей и искусством Эан’Хане.
Проклятые наемники…
И все это ради денег?
Старпом, мужчина лет сорока с весьма статной фигурой и квадратной челюстью, держал марлю около окровавленного лица. Запекшаяся кровь на руках и мундире, забиралась куда-то под воротник.
