Они снова замолчали. На этот раз уже почти до самого конца пути.
Арди размышлял о произошедшем. Храм взорвали, Цаплю тоже пытались подорвать, а в прошлом году, чтобы отвлечь внимание стражей и Плащей от Бальеро — взорвали общежитие для малоимущих. Один из самых громких терактов последнего десятилетия. С огромным количеством жертв.
А Алиса делала бомбы.
Нет, в том, что Ровнева, почти наверняка, не причастна к взрывам — Арди почти не сомневался.
Сразу два почти.
А значит, у тех, кто будет её допрашивать в казематах Черного Дома эти самые «почти» выльются в долгие часы, дни, недели и, может, месяцы разговоров. Далеко не самых приятных разговоров…
Совпадение?
Слишком часто Арди сталкивался с тем, что можно было бы именовать совпадениями, чтобы все еще в них верить. Такое впечатление, что Пауки специально выбрали своей целью именно Алису, но не только для получения информации.
Само наличие взрывов сильно подставляло Ровневу, а то, что её ждало — выбивало из колеи капитана Пнева, чувствующего ответственность за судьбу подчиненной.
Сложная система уравнений.
В сознании Арди закопошились трупные черви, скользящие по разлагающемуся в болотной гнили трупу, источающими сладковатый, едкий гнилостный аромат.
Так звучал голос того Бездомного Фае во Дворце Царей Прошлого. Тоже совпадение?
У Арди не имелось фактов, чтобы подтвердить связь Фае и Пауков, кроме облика того Бездомного и того факта, что в деле замешаны другие Фае. Но также он и не имел фактов, опровергающих данную теорию.
Все, что ему оставалось — следить за дорогой, попутно разглядывая проплывающие мимо горделивые небоскребы и высотки.
— Ты уверен, что призраков не существует? — нарушил тишину Милар.
— Уверен, — твердо ответил Арди.
Капитан затушил сигарету и, открыв отсек с пепельницей, убрал остаток внутрь. Крышка почти не закрывалась от количества окурков, но капитан попросту посильнее хлопнул по той и замок защелкнулся.
— А Бальеро? Я помню, что ты рассказывал про дом на Пятой Улице.
— Если ты про призрак Миломира, то это очень сложная иллюзия, — отмахнулся Арди. — Но сложная она с точки зрения Звездной Маги.
— А Оан…
— Эан’Хане, — машинально поправил Ардан.
— Ну да, — Милар резко выкрутил руль уходя в сторону от возможного столкновения — кто-то зазевался, засмотревшись на витрину бутика. — Для Эан’Хане это не так трудно.
— Для
— И что значит это твое —
Ардан вспомнил запретную книгу в библиотеке Атта’Нха и вздрогнул.
— Те, что обращаются к черным именам. Обычно Эан’Хане, если они следуют верному пути, то обращаются к силам… на человеческом языке это будет звучать, как
— А на языке Фае?
Арди задумался ненадолго.
— Я не смогу тебе объяснить.
— Почему?
— А ты можешь, смотря на дерево, одновременно с этим увидеть обратную сторону ствола?
Милар нахмурился.
— Это невозможно, напарник.
Арди едва заметно улыбнулся. Когда-то, в детстве, когда сидел на поляне вмести со Скасти, он ответил бельчонку то же самое.
— Потому и не смогу.
Милар процедил что-то нечленораздельное, но явно родственное ругательству. Ругался он, правда, не на Арди, а, скорее, на сложившуюся ситуацию.
— А
— Не совсем.
— Напарник! Вечные Ангелы! Хватит мяться, будто девка перед первой брачной ночью! Уже поздно. Мы уже в одной постели.
Ардан вздохнул и провел пальцами по посоху. На том, все еще, не обозначилось ни одной печати. Арди все боялся ошибиться и потратить драгоценное место под нечто неважное, что он и сам в состоянии запомнить.
— Иносказательно, конечно, — добавил Милар и замолчал.
Ситуация с Алисой действительно подкосила Милара, пусть и жесткого (
— Они обращаются к душам.
Пнев так резко повернулся к Арди, что теперь они сами едва-едва не стали виновниками аварии. Благо, следовавший сбоку новомодный автомобиль вдавил клаксон, и капитан вовремя успел вернуться обратно в полосу.
— И что здесь темного, напарник?
Арди вспомнил слова Атта’нха. Лучше, чем волчица, он все равно не смог бы объяснить.
