Матабар IV полностью

Очередной вой вырвался из груди Тесс. Она больше не могла. Не могла терпеть все это. Орочьи Пиджаки. Лиза. Борис с Еленой… Арди… Сколько еще, сколько еще Метрополия выпьет из них всех крови перед тем как утолит свой голод.

— Ладно, ладно, надо думать логически. Кривоводный канал… скорее всего либо Тендари, либо Тенд, — Тесс плохо слышала Милара и лишь выхватывала отдельные его фразы. — Других вариантов нет. А там Пижон, Молотки и Красная Госпожа. Но вряд ли кто-то из них, а значит — не местные. Может Пауки… скорее всего… Придется дернуть всю тройку. Кто-то из их людей что-то да должен был видеть или слышать… Проклятье — Аверский на испытаниях с Дагдагом… там медальоны не работают. А время поджимает. Урский с Эрнсоном все еще в отключке… как не вовремя, господин маг. Как же, блять, не вовремя! Ладно… поеду один.

Тесс встрепенулась. Дернулась и замерла.

Она шмыгнула носом, вытерла слезы и трезвым, ясным взглядом посмотрела на коллегу Арди.

— Я поеду с тобой.

Милар дернулся как от пощечины.

— Чего, госпожа?

— Я поеду с тобой, Плащ, — твердо произнесла девушка. — Я все еще дочь генерал-губернатора Шамтура. Я из семьи Орман. Я умею обращаться с оружием и…

— И если с тобой что-то случится, то Ард, даже будь он на тропах этих своих Спящих Духов, вернется оттуда и… не знаю, Тесс, — Милар, перед внутренним взором которого промелькнул образ Лорловой, вздрогнул. — Но что я точно знаю — я не хочу находится в том месте и в то время, если с тобой что-то произойдет. И уж точно я не хочу, чтобы это произошло по моей вине. Так что нет. Ты со мной никуда не едешь.

— Ты поедешь один? — нахмурилась Тесс. — Но ты ведь не маг.

— Я все еще офицер второй канцелярии, госпожа.

— А там…

— Один он не поедет, Тесс. Не переживай. Чтобы я доверил горного собрата коротышке… человеку, тобишь-та. Ха! Это обесчестит меня перед глазами моих предков.

Милар повернулся на голос. В квартиру Тесс, пригибаясь и боком, вошел никто иной, как распорядитель Орочьих Пиджаков. Аркар собственной персоной. В потрепанной, явно пару недель не знавшим стирки и глажке, костюме. С точно таким же, поросшим шерстяной щетиной лицом, которое, пожалуй, можно было использовать вместо наждачной бумаги.

С мешками под глазами и несколько исхудавший, но целый и невредимый. А за его спиной на лестнице, внимательно следя за работой стражей и пожарных, стояло еще пяток чистокровных орков. Каждый ростом под два двадцать, шириной в плечах с автомобильную ось и внешним видом, напрочь отбивающим желание что-либо у них спрашивать или выяснять.

Ард упоминал, что после событий в районе Первородных, Аркар добровольно сдался местным стражам. Суд Конклава, органа самоуправления, существование которого дозволялось Парламентом (что вызывало недовольство весьма широкого круга лиц) ждал Аркара. И, видимо, распорядитель сумел выйти сухим из воды.

Впрочем Милар, учитывая те слухи, которые ходили о правой руке Ордаргара, сумевшего добиться своего положения несмотря на наличие человеческой крови, даже не сомневался, что так оно и сложится.

— И какой твой интерес в этом, Аркар? — прищурился Милар.

Орк от услышанного сперва замер, а затем оттопырил нижнюю губу и обнажил клыки.

— Человек… — произнес он так, будто процедил нечто оскорбительное. — Ты не знаешь наших путей… будь это иначе, я бы пустил тебе юшку… забрал бы твою кровь, значит-ца, за такие вопросы.

— Ага, да-да, орк, — отмахнулся блокнотом Милар. — Что еще скажешь?

— Скажу, что Ард из числа Kar’Tak, — сверкнул глазами Аркар. — И мне этого достаточно.

— Я не силен в языке Эктаса, Аркар.

— Это значит племя, человек. Наше племя. Кar’Tak на ваш язык переводится, как Первородные, — Аркар подошел к Тесс и слегка сжал ей плечо. Выглядело это, учитывая их разницу в габаритах, несколько комично и как-то… неправильно, что ли. — Чтобы не говорили в Конклаве, чтобы другие Первородные не вбили себе в голову, но в Арде течет куда больше нашей крови, нежели человеческой. И мы были здесь еще до того, как…

— До того, как люди научились говорить, — перебил Милар. — Я знаю весь этот фанатичный бред, которым Конклав вас пичкает, Аркар. Он, в целом, мало чем отличается от бреда Тавсеров. Просто иная сторона монеты. Так что давай на чистоту — ты хочешь, чтобы тебе был должен Черный Дом?

Аркар произнес что-то на языке орков. Милар запомнил. Потом переведет.

— Человек… только вы можете говорить, а не действовать, когда Kar’Tak в беде, — Аркар повернулся к Тесс. — Ты уверена, что они ехали в сторону Кривоводного?

Тесс кивнула.

— Тогда мы вернем Арда домой, — с этими словами Аркар развернулся и направился в сторону выхода.

Проходя мимо Милара он произнес так, чтобы услышал один только капитан, но не Тесс.

— Или привезем головы тех, кто его увез.

Ардан с трудом открыл глаза. И первое, что он увидел — клыкастое лицо Индгара.

— Вот и встретились снова, Ард, — широко улыбнулся орк.