Его вовсе не « не заметили» и вовсе не « простили за оплошность». Просто запомнили и отложили в сторонку на случай, если когда-нибудь придется воспользоваться.
— Твой долг нам, делает тебя связанным с Градом на Холме, Говорящий, — продолжила Аллане’Эари. — А значит я вправе требовать от тебя его уплаты. Уплаты, помноженной на то, что наше Пламя вновь утеряно. Утеряно не без твоего участия.
Ардан почувствовал, как его сознание обожгла вспышка Лей. Такая яркая и жгучая, будто кто-то прижег его раскаленным железом.
Принцесса Зимы говорила правду.
Он действительно ошибся… вот только ошибся не сейчас, и не в тот миг, когда отдал Пламя Сидхе. Он ошибся шесть лет назад, когда сбежал от Кенбиша и его братьев через земли Фае. Просто потому, что этой оплошностью связал себя незримыми узами с Градом на Холме.
Но то, что ошибся двенадцатилетней, запутавшийся молодой охотник, не означало, что Ардан не попытается выкрутиться из сложившейся ситуации.
— Принцесса, вы правы, — с поклоном ответил Ард. — Как мог я забыть о том случае, когда вы помогли мне спастись от обидчиков и дали пройти сквозь ваши владения. И я благодарен вам за столь важную для меня, пусть и малую услугу и, разумеется, готов отплатить вам, по закону Королев, столь же важной для вас пусть и малой услугой.
Выкрутиться, разумеется, не означало, что Ардан сумеет выйти сухим из воды, но он хотя бы уменьшит объем уплаты.
— Что же касательно Пламени, то оно никогда мне не принадлежало и… — и Ардан осекся.
А Сидхе засмеялась. Засмеялась так, как может смеяться лишь летняя, холодная ночь, чей вольный ветер гуляет в степи.
— Тебя действительно хорошо обучили, Говорящий по имени Ард Эгобар, — она повернулась к нему и сделал легкий шиг, мигом оказавшись рядом. Едва дотягивала ему до груди, но в то же время — юноша будто оказался рядом с чем-то непостижимым и бескрайним.
Принцесса подняла ладонь и провела по его щеке.
— Ты напоминаешь мне Арора, мальчик. Твои глаза… они такие же, как у него. Однажды Арор пришел ко мне в покои, но он не хотел меня. А лишь то, чем я владела… может быть ты, Ард, захочешь меня?
Ардан смотрел в её глаза, где свет звезд мерцал в глубине ночи. Смотрел и падал. Все глубже и глубже, теряя и себя и свое сознание. У него больше не было ни воли, ни смысла, ни памяти, ни даже собственного «я». Все, что от него осталось, это жгучее желание схватить прелестную особу, сорвать с неё платье сотканное из ночи, повалить на траву и…
Ветер принес аромат весенних трав, распускающихся у ручья.
Принцесса зашипела и отшатнулась в сторону. На её ладони, которая лишь недавно касалась щеки Арда, протянулся порез, из которого капала серебристая кровь.
— Ты любишь её, Ард, — с неприкрытой злобой произнесла Принцесса, с которой мигом слетела маска волшебной таинственности и теплоты. — По-настоящему любишь… Действительно… совсем как Арор.
Ардан же, тяжело дыша, крепко держался за посох. Вот что значит — настоящий Взгляд Ведьмы. И вот что значит — отсутствие браслета Атта’нха на запястье.
—
Мы дали тебе возможность идти, когда ты не мог ходить, Говорящий, — постепенно, мгновение за мгновением, принцесса возвращала себе прежнюю отстраненную стать. — Поэтому, этой зимой, когда ты сможешь идти, ты должен будешь стоять. Такая твоя уплата, Говорящий. По закону Королев. А если нарушишь, то мы заберем у тебя то, что тебе дорого.
Сердце забилось быстрее, а Арди почувствовал, как ветер вокруг стал холоднее. Холоднее и… темнее. И прежде, чем он успел понять, что и кому говорит, с его уст сорвалось искреннее:
— Тогда я убью тебя, принцесса. Тебя и всех кто тебе дорог. Даже если потрачу на это века своей жизни.
