Уже вечером Хатаке нагнал его. Белый Клык не спешил и остановился на почтительном расстоянии от стоянки, выбранной Математиком и его спутниками для ночлега. Он чувствовал их самой границей своих собственных сенсорских ощущений — пылающую здоровьем и силой Узумаки, выглядящую молодой девушкой, но уже явно перешагнувшую тридцатилетний порог; не отображающегося, а потому поначалу невидимого старика, в котором Сакумо с интересом распознал одного из магов Иорфа; и самого Математика, чакра которого, по ощущениям, даже в пожилом возрасте выглядела достаточно внушительно.
Хатаке оставался незамеченным и смог даже приблизиться к стоянке легенды настолько, что получил возможность видеть и слышать всех членов отряда. Тогда-то он и увидел мага, но особого удивления тот не вызвал — Сакумо подготовился к миссии и знал о его присутствии.
Гораздо более интересной была сама атмосфера лагеря.
— Я натер мозоли на ногах, — кривился Математик Боя, снимая обувь. — Эх, во времена моей молодости я мог ходить по любым землям месяцами… Не та сейчас земля, ох и не та…
— Дело не в земле а в вас, Сенсома-сама! — ругалась на него Узумаки. — Вам что, лень поднимать нормально ноги? Вы шаркали всю дорогу от Конохи!
— Он весь был в себе, рыба, — оправдал друга маг, присосавшись к бутылке. — Встреча с тем человеком здорово его потрясла.
— Мы были семьей, — тяжело вздохнул Математик и посмотрел прямо на то дерево, на котором сидел Сакумо. — Семьей…
Волосы на голове Хатаке стали дыбом от пронзительного взгляда двух золотых глаз, но джонин был уверен — Математик Боя его не видит. На таком расстоянии заметить его сквозь маскировку могли бы только члены клана Хьюга. Тем не менее, Узукаге тонко усмехнулся и вернулся к своей обуви.
— Они износились!
Узумаки, которую звали Сашими, попыталась починить его обувь, пока сам легендарный Бог Шиноби пытался приготовить ужин. Маг, по имени Ловен, пил алкоголь и явно хмелел, но спать не собирался. Сакумо с интересом наблюдал за всеми троими, распаковав походный сухпаек, вздрогнул от взрыва в их котелке и вместе с Ловеном тихо посмеивался, когда Сашими отчитывала Математика за добавление в их еду какого-то странного ингредиента, который и взорвался.
Судя по тому, что он увидел, завтрашний день они потеряют здесь же — слишком уж сильно пьян маг, слишком громко жалуется о своих больных ногах Математик и слишком уж яростно отчитывает их обоих Узумаки.
И каково же было изумление Сакумо, когда он, проснувшись, увидел полностью собранный и готовый к выходу отряд. Спали они всего часов пять, но выглядели вполне боеспособно, даже пьяница-маг, после пробуждения начавший сразу похмеляться.
— Зябко, — повел плечами Математик и хмуро посмотрел на небо. — И хмуро.
— Если поспешим, до дождя успеем в гостиницу «Какуи», — отозвалась Узумаки, сверяясь с картой. — Там переждем непогоду или даже заночуем.
— И выпьем, пишет Автор! — поднял бутылку над головой Ловен. — Тогда не станем терять драгоценное время — в путь!
Математик вздохнул, сделал шаг вперед и…
Исчез.
Спустя мгновение с поляны исчезли и Узумаки с магом. Сакумо ошарашенно моргнул — шиноби использовали Шуншин, причем очень высокого уровня, а вот их спутник применил, вероятно, одно из своих заклинаний, но тут уж джонин не был уверен — маги Иорфа все еще были для шиноби диковинкой.
— Похоже я ошибся… — Сакумо посмотрел на потухший костер. — Ладно.
Его Шуншин не был идеален, но его хватило, чтобы вновь напасть на след троицы. Математик со свитой неспешно шли по лесу, наслаждаясь последними минутами сухости — скоро и правда начнется дождь.
Первая капля не успела коснуться земли — Математик Боя вновь ушел в Шуншин на половине обычного шага.
— Сколько чакры он готов потратить на это? — буркнул Сакумо, тоже активируя технику.
Так они и двигались несколько часов — Узукаге прогуливался, когда хотел, а когда хотел — уходил в Шуншин, разом покрывая огромные расстояния. При таком походном темпе они доберутся до фронта с Землей за пару дней.
Если никто не будет их отвлекать.
Карта Узумаки не обманула — гостиница Какуи была прямо на пути отряда, однако, до дождя им до нее добраться было не суждено. И дело даже не в личной скорости — судя по всему, они могли двигаться как угодно быстро. Просто их задержали.
Сакумо почувствовал незнакомца за час до его появления. Сильная чакра, боевой настрой. Так сразу узнать его было затруднительно — Белый Клык не был сенсором, он был штурмовиком. И как штурмовик мог лишь сделать заключение — незнакомец очень силен. Примерно равный по силе Трем Саннинам — ученикам великого Третьего Хокаге.
И он не из Конохи.
— Наконец-то я нашел тебя, Математик Боя!
Мужчина, преградивший Сенсоме путь, был молод. У него не было каких-либо отличительных черт, кроме шрамов по всему телу — вся кожа видневшаяся из-под стандартной брони шиноби, часто носимой нукенинами, несла на себе боевые отметины. Однако, ему не было нужды иметь яркие приметы, дабы быть узнаваемым — его сила делала это за него.
— Я и не прятался, — пожал плечами Узукаге. — А ты кто вообще?
