— Мощь нинтайдзюцу Молнии, превосходящая могущество Биджу и скорость, справиться с которой не смог бы и быстрейший, — Шоурай довольно усмехнулся. — У старика Узукаге нету шансов.
— Но бой не будет простым, — осадил его Райкаге. — Я изучил его. И он силен. На своем пике он бы меня одолел.
— Но он не на пике. Более того… Он уже стар. Его главное оружие — Врата, и они калечат тело. Едва ли он сможет использовать последние Врата против тебя. А нет Врат — нет гарантии победы.
— И откуда ты все это знаешь?
— У меня есть… источники…
— Хорошо. Тогда через четыре дня назначаю казнь Узукаге. А потом ты выполнишь свое обещание.
— И отдам тебе часть Огня. Я все помню… союзник.
Майко рыкнула на двух нерасторопных генинов, тянущих в лаборатории что-то тяжелое. Парни вздрогнули, ойкнули, попытались извиниться, но были отброшены прочь.
Сейчас совсем не время!
— Орочимару! — прокричала женщина в коридор. — Ороч…
Вылетевшая из одной из дверей змеиная голова угрожающе зашипела, но Инузука была слишком зла, чтобы играть в игрушки. Она зашипела в ответ, и питомец Ясягоро, стыдливо прикрыв глаза, убрался вон. Женщина побежала за ним — обычно охранные змеи сторожат важные эксперименты.
Важные эксперименты, находящиеся в процессе.
Орочимару встретил ее у последней двери. Он выглядел как всегда — спокойный, мирный и абсолютно кровавый. Во время экспериментов следить за внешним видом он как-то отучался.
— Что случилось? — участливо прошипел он, а потом разглядел эмоции супруги. — Нападение?!
— Нет, — мотнула головой Инузука. — Вернее — да, но не на нас. Срочные новости. Като и Цунаде… Их забрали.
— Что значит «забрали»? Они что, лежали на полке? Объясни толком…
— Их забрали в плен, Змей! Это был Минато! И Райкаге, понимаешь?! Предательство не только в Конохе. Они сотрудничают с Молнией!
— Но зачем Минато похищать Като? Какой в том смысл?
— Ослабить фронт, нет? Это же очевидно!
— Послушай, Майко, фронт можно ослабить несколькими путями. Похищение Като и Цунаде… слишком топорно для этого и слишком ресурсозатратно. Дело в ином. В чем-то… более важном.
— В чем? — Майко внимательно вгляделась в лицо мужа. — В чем, например?
Ясягоро замер, задумавшись, а после развернулся и ушел в палату. И Майко не пошла за ним. В такие моменты он напряжен. Кто-то сказал бы, что Змей просто ушел от ответа, но Майко слишком хорошо его знала — ему нужно все обдумать. А лучше всего думать у него выходит за работой.
Орочимару же, тем временем, подошел к столу и сорвал с него простыню. Под ней оказался рослый мужчина из Конохи, с мужественным подбородком и черными волосами. Чистокровный Учиха. Потомок самого Мадары.
— Ну же, Фугаку, — прошептал сам себе Ясягоро. — Приоткрой мне тайну Шарингана…
— Коноха… изменилась.
Угрюмый тон Обито вкупе с его мрачным взглядом породил в Какаши необъяснимую тоску. Сам Хатаке, в силу возраста, не понимал, что именно заставило его грустить, но вот его отец, который вел их в родное селение с фронта с землей, был проницательнее.
Маленький Учиха повзрослел, и Сакумо ясно видел это. А сожаления его сына были рождены тем, что Обито повзрослел… неправильно. Резко, цинично и кроваво. По-военному. Так взрослеют почти все Учиха. Поправка — все гении Учиха. И Обито был тем самым гением, как им был и Итачи, тоже идущий с отрядом.
Из тени одного из домов отделилась тень и почти мгновенно поравнялась с Сакумо, явив ему свою бесстрастную маску.
— Хатаке-сан?
— Слушаю, — Сакумо лишь чуть-чуть замедлился, давая возможность АНБУ держать его темп.
Но прячущийся за маской шиноби не захотел играть по правилам Белого Клыка. Он сделал широкий шаг и оказался прямо на пути небольшого отряда из фронта с Землей. Его движения и стойка выглядели решительно — у него были приказы, и он обязан их выполнять.
— Прошу прощения, — в голосе АНБУ не было и тени раскаяния. — Небольшая проверка. Приказ Хокаге.
Его коллега буквально материализовался из воздуха. И если у первого чакра читалась слабо, благодаря специальным техникам для ее маскировки, то вот второй себя почти не скрывал, да и АНБУ, в общем-то, не был. Просто Яманака, нацепивший форму и маску.
— Приказы Хокаге неоспоримы, — кивнул членам тайной службы джонин и сурово посмотрел на детей. — Не сопротивляйтесь.
Чакросистему ощутимо тряхануло, но Сакумо прекрасно знал, что в любой момент сможет сбросить с себя ментальное давление. Естественно, делать этого он не стал, и добровольно позволил Яманаке себя обследовать. Техника незнакомая, но относительно безобидная, так что ничего дурного не произошло. Яманака же, обследовав Сакумо, вежливо поклонился ему, пытаясь сгладить негативные ощущения от сеанса, и прошел к детям.
Им было немного сложнее, чем бывалому джонину, но зато они никогда раньше не попадали под вражеские ментальные атаки, так что их сознания не пытались сбросить технику Яманаки на одних только рефлексах. Хотя мальчики-Учихи напряглись — у них в клане разнообразие ментального контроля и различных ментальных техник присутствует в избытке.
Проверка окончилась и АНБУ с Яманакой, поклонившись, удалились.
