— Страны заключили союзы с деревнями не для того, чтобы воевать за них, — заметил другой старейшина — Кико Таку. — Конечно, страна вступит в конфликт за свое селение, но основа ее военной мощи — само селение. Если мы сможем вывести его из строя, страна заключит союз уже с нами.
— В таком случае, мы должны напасть на самую слабую деревню.
— Скрытый Песок? Или Камень? Господин, вы же сражались с шиноби Камня, верно?
— Сражался, и они мне не соперники, но… Я не хочу занимать место под тенью — меня интересует самая сильная деревня в мире.
— Коноха? Но Первый Хокаге Хаширама…
Начавший говорить старейшина вдруг захрипел, истошно закричал и стал биться головой о каменный стол, за которым проводилось собрание. Он наносил себе тяжелые увечья, кричал от этой боли, но продолжал себя калечить. Остальные смотрели на это представление со смесью страха и презрения. Все собравшиеся прекрасно знали о привычках и «закидонах» человека, благодаря которому вообще стало возможно существование их деревни. И дурак, забывший о них, жалости не заслуживал.
— С этим разобрались, — Учиха Мадара деактивировал Шаринган, напоследок сверкнув им перед всеми старейшинами, на случай, если они вдруг забыли, кто он такой. — Что же до Конохи — Хаширама действительно силен, но не всесилен. Нам нужно будет организовать нападение на важнейшие точки в деревне и выманить Хокаге за ее пределы.
Несмотря на то, что Мадара ненавидел, когда кто-то произносил имя его старого друга, сам он просто обожал это делать, вспоминая Хокаге к месту и не к месту. Сенджу его бесил, раздражал, вызывал злобу, но был уважаем за силу и мощь своих убеждений. Таким могли похвастаться очень и очень немногие…
— Вы собираетесь лично выступить против него? — оживился Гакедо.
— Нет, — Мадара покачал головой. — В вашей деревне есть один шиноби, достойный этого боя. Я не буду пока вмешиваться. Поддержку и информацию, а так же план нападения, я вам гарантирую, но всю работу вы будете делать сами. Я надеюсь, мне не нужно пояснять свои мотивы?
— Абсолютно необязательно, — поклонились все старейшины. — Тогда прямо сегодня Какузу получит свое задание и будет направлен с отрядом в сотню шиноби к стране Огня. Можно даже попробовать вывести из деревни Тобираму, под предлогом какой-нибудь дипломатической встречи. Как нам доложили, Хокаге не слишком-то жалует такие собрания, если они не касаются великих стран.
— Отлично, — кивнул Мадара. — Тогда действуйте.
Его революция начиналась сейчас…
— Осталось меньше двух лет обучения, — Тобирама держал в руках лист с результатами последних экзаменов. — В принципе, на звание генина вы уже тянете, но… Есть и огрехи.
— Пф! — Хирузен, сидящий за самой первой партой, ближе всех к учителю, закатил глаза. — Лично я уже достоин звания чунина, уверен. А может быть и токубецу-джонина!
Сенсома усмехнулся и глянул в окно, за которым, почти неизменно на уроках, светило солнце, ходили по своим делам люди и, изредка, пробегала играющая детвора. Коноха была молодой и счастливой…
Ранги шиноби, о которых говорили Тобирама и Хирузен были установлены почти перед самым началом обучения первой волны детей в Академии. Самыми слабыми шиноби считались генины — только что окончившие обучение дети, или взрослые, совсем уж не желающие развиваться дальше, или не способные (что большая редкость). Затем шли чунины — довольно опытные шиноби, которым можно было доверить руководить отрядом, их было большинство. Последним основным рангом были джонины — элитные воины, способные в одиночку справиться с большим отрядом. Они были малочисленны, но горе тем, кто станет противником хотя бы трех джонинов одновременно! У джонинов были свои «подранги»: токубецу-джонин и джонин ранга S. Токубецу-джонины — шиноби с конкретной специализацией — мастера своего дела, но менее универсальные, чем «обычные» джонины. Назвать их чунинами уже нельзя, но до ранга элитнейших шиноби они пока не доросли. Иногда ранг «токубецу» присваивали особо сильным чунинам, подающим надежды, так что и звание токубецу-джонина считалось последней ступенькой на пути становления джонином стандартным. S-ранг присваивался лишь особо сильным джонинам, выбивающимся даже за рамки возможностей элитнейших шиноби. Таких было очень мало, и все они были непревзойденными мастерами боя. Иногда в таблицу рангов шиноби добавляли еще и Каге, а так же «шиноби уровня Каге», но это уже не являлось официальным ранжированием.
Конечно, таблица была во многом условна. Так, например, генин мог обладать всеми навыками чунина, но находиться в своем звании из-за недостатка опыта в реальных боях или какого-то личного изъяна. Токубецу-джонины порой бывали достойны чуть ли не S-ранга, но из-за специфики своей специализации туда не поднимались.
