Штейнберг рано нашел свою цветовую гамму – оливковые, бежевые, серые тона, напоминающие о любимом продвинутой публикой итальянском метафизике Джорджо Моранди. В ранних натюрмортах предметы как будто утопают в сгущенном молоке, они залиты ровным теплым светом. В конце 1960-х Штейнберг открывает для себя живопись Казимира Малевича и супрематизм. Под влиянием глухих отголосков авангардного проекта Штейнберг переходит на геометрическую абстракцию. Главными героями его полотен становятся квадраты и треугольники. Нежность, однако, сохранилась в неприкосновенности. Время не располагало к тому, чтобы осознавать идеи Малевича как продолжение футуризма, поиск средств для передачи динамики современного мира, попавшего в лапы машин. В Малевиче видели преимущественно метафизика. «Черный квадрат» можно понимать и как ключ к простоте индустриального мира, и как символ социальных перемен, победу над искусством для иерархического общества, и как вход в бесконечность. Для Штейнберга был важен последний из перечисленных смыслов.
В 1970-е он был в кругу художников, названных чешским искусствоведом Индрихом Халупецким «Сретенский бульвар». В мастерской Ильи Кабакова на бульваре, давшем название группе, обсуждали искусство, философию и то, что эти две области могут друг другу дать. В группе выдвинулись два конкурирующих интеллектуала с противоположными по смыслу позициями – Борис Гройс и Евгений Шифферс. Гройсу суждено было стать ведущим интеллектуалом в области современного искусства, Шифферс – фигура до сих пор малоизвестная. Это объясняется, в частности, тем, что Шифферс умер в 1997 году, не успев как следует развернуться в неподцензурную эпоху. Суть спора Шифферса и Гройса заключалась в разном подходе к тому, как интерпретировать искусство. Для Гройса искусство работает со штампами, стереотипами общественного сознания и мифами. Шифферс настаивал на том, что искусство – это духовная практика с глубокими архаическими корнями. Это была вариация противостояния «западников» и «славянофилов» в России XIX века, с одной стороны, и разногласий Зигмунда Фрейда и Карла Густава Юнга – с другой.
Когда художники «Сретенского бульвара» определились с тем, кто им ближе, в дружеском кругу произошел раскол. Штейнбергу был ближе Шифферс. Мистик и христианин в личине чуть ли не тайного епископа говорил, что Штейнберг «припоминает Святую Троицу», имея в виду, что избранный художником вариант абстракции основан на глубоко прочувствованных религиозных архетипах и является чем-то вроде молитвы забытым и забитым агрессивной окружающей средой богам. Увлечение различными религиозными практиками было практически обязательным для интеллигенции, нелояльной советской власти. Правда, в качестве искусства по теме она употребляла вещи намного более простые, можно сказать, лубочные. Штейнберг, напротив, дешевым символизмом не увлекался и вне зависимости от того, во что верил, оставался художником тонким, закрытым в идеально выстроенных композициях своих полотен. Близкие люди и случайные знакомые в один голос вспоминают его энергию, юмор и душевную щедрость. Это тот случай, когда стоит возобновить отношения и с его личностью в многочисленных мемуарах, и с его искусством – кабинетным супрематизмом высокой пробы.
[http://www.kommersant.ru/doc/1903626.
Журнал «Коммерсантъ Власть». – 2012. – 2 апреля. – № 13 (967)]
28 марта 2012 года в Париже на 76-м году жизни умер советский художник, представитель второй волны русского авангарда Эдуард Штейнберг.
Штейнберг никогда не получал художественного образования: рисование и живопись ему преподавал его отец Аркадий Штейнберг, переводчик, художник и поэт, окончивший ВХУТЕМАС. Отец был дважды репрессирован – перед самой войной и еще раз в 1944 году, а после освобождения из лагеря поселился в Тарусе. Именно в Тарусе в 1961 году прошла первая выставка Эдуарда Штейнберга.
Он был одной из самых заметных фигур советского неофициального искусства СССР 60–80-х годов. В 1970-е он принадлежал к художественному объединению «Сретенский бульвар» вместе с Ильей Кабаковым, Владимиром Янкилевским и Виктором Пивоваровым.
В 1988 году Штейнберг начал сотрудничать с галереей Клода Бернара в Париже, где у него появилась своя мастерская. Геометрическая абстракция, к которой можно отнести большинство зрелых и самых знаменитых произведений Штейнберга, была в то время гораздо популярнее на Западе, чем в России, но и на родине после падения Союза к нему пришел успех.
Эдуард Штейнберг был академиком Российской академии художеств, а также обладателем Золотой медали академии за выдающийся вклад в развитие живописи. Его работы находятся в собрании Третьяковской галереи, Пушкинского и Русского музеев, музея Альбертина в Вене, а также во многих и многих других российских и международных собраниях.
[Подробнее: http://www.kommersant.ru/doc/1891344?themeID=782]
