Материя полностью

«Илн, – прошептал скафандр на ухо Холсу, – это аэроспиниформы, древние обитатели промежуточных уровней газового гиганта, происходили с лигатуры Зунзил, достигли современного уровня высоких технологий, эволюты в промежутке между 380 и 780 миллионами лет назад, не встречались вот уже много миллионов лет, считаются вымершими, несублиматы, потомство неизвестно. Упоминаются преимущественно в связи с уничтожением около двух тысяч трехсот пустотелов».

Когда Джан Серий услышала это слово, мир для нее словно опрокинулся, а сверху обрушились звезды и вакуум.

Анаплиан встала.

– Оставьте его, – сказала она, опуская щиток шлема и выходя из бокса.

Хиппинс последовал за ней.

Это всего лишь слово, переданное через вторые руки – один умирающий сказал другому, транслировал аватоид агенту ОО. Вполне вероятно, ложная тревога.

Анаплиан покачала головой.

Нечто, пролежавшее несколько геологических эпох в погребенном городе, мимоходом уничтожило несколько сотен тысяч человек и исчезло, ответила она. Нужно исходить из худшего.

Что бы это ни было, может, не оно стало источником…

– Могу я остаться… – начал было Холс.

– Да, но мне понадобится ваш скафандр, – сказала ему из коридора Джан Серий. – Он может стать дополнительным автономником. – Голос ее изменился, когда скафандр Холса решил, что звук слишком слаб, и переключился на внутреннюю связь. – То же самое относится к моему брату.

– Разве мы не можем погоревать немного? – раздался голос Фербина.

– Нет, – сказала Анаплиан.

Анаплиан и Хиппинс вышли на холодное пустынное пространство. К ним подлетел Турында Ксасс.

– Окты, – сообщил он. – Сколько-то их еще осталось в последнем корабле – в километре вверх по течению. Все умирают. Система корабля уничтожена электромагнитным импульсом. Записи стерты, но у октов имелась видеосвязь с камерой под центральным зданием, и они видели, как из серого куба появился черный овоид. К нему присоединились три овоида поменьше, которые вышли из объектов, доставленных к серому кубу сарлами и октами совместно. Последнее, что они видели, напоминает разрыв защитной оболочки ядерного реактора – сильные вибрации и фотонное туннелирование, потом сброс оболочки и выход светящегося шара.

– Спасибо. – Анаплиан посмотрела на Хиппинса. – Убедились?

– Убедился, – кивнул тот; лицо у него побледнело, глаза расширились.

– Фербин, Холс, – окликнула Анаплиан двух сарлов, задержавшихся в вагоне. – Нужно торопиться. На свободе оказался илн или какое-то илнское оружие. Он либо уже добрался до ядра Сурсамена, либо на пути туда. Первое, что он сделает, – это убьет МирБога, а потом попытается уничтожить планету. Вы понимаете? Ваши скафандры отправляются с нами, – если хотите, можете оставаться в них. Никакого бесчестья, если вы не…

– Мы с вами, – проговорил Фербин необычайно глухо.

– Мы идем, мадам, – подтвердил Холс. – Ну вот, приятель, а ты здесь лежи отдыхай, вот так, – услышали остальные его бормотание.

Четыре скафандра в сопровождении маленькой машины взмыли над дымящимися руинами Колонии Хьенг-жара и понеслись к ближайшей открытой башне – в семи тысячах километрах. Турында Ксасс мгновенно ускорился, уходя вверх и вперед, и скоро исчез из виду. Фербин решил, что они опять летят ромбовидным строем, хотя скафандры снова закамуфлировались и сказать наверняка было невозможно. На сей раз, правда, им было разрешено переговариваться по связи.

– Но это, должно быть, очень древняя штука, мадам, верно? – произнес Холс. – Она там провела целую вечность; все знают, что илны исчезли миллионы лет назад. Вряд ли она может представлять серьезную угрозу, тем более для таких продвинутых держав, как Оптимы, Культура и другие. Разве нет?