«Вы слишком много берете на себя, Серий Анаплиан, — заметил конструкт, временно размещенный в матрице искусственного интеллекта шаттла. — Вы не вправе обсуждать внешнюю политику Культуры».
Джан Серий устроилась в кресле в хвосте шаттла, откуда ей были видны все пассажиры.
«Я гражданин Культуры, — ответила она. — Я полагала, что это мое право и мой долг».
«Вы ОДНА из множества граждан Культуры».
«В любом случае, Джерл Батра, если верить моему старшему брату, жизни другого моего брата грозит серьезная опасность. Хладнокровный убийца моего отца — потенциальный узурпатор — владычествует сейчас даже не на одном, а на двух уровнях Сурсамена. А большая часть боевого флота октов по неясным пока причинам, видимо, концентрируется вокруг моей родной планеты. Думаю, мне позволено иметь хоть какую-то свободу действий. Теперь к делу. Каковы последние известия о кораблях октов? О тех, что, возможно, направляются к Сурсамену, хотя, возможно, и нет».
«Пока ничего тревожного. Советую уточнить текущую обстановку по прибытии на “Человеческий фактор”».
«Вы не летите с нами?»
«Мое присутствие, даже в форме конструкта, может придать делу слишком официальный характер. Я не лечу с вами».
«Вот как».
Это означало, что конструкт, видимо, будет стерт и из матрицы шаттла — действие, для конструкта равносильное смерти. Похоже, его это не очень огорчало.
«Вы, я полагаю, доверяете “Человеческому фактору”», — транслировала она.
«У нас нет выбора, — объяснил Батра. — Другого не дано».
«Вы по-прежнему отрицаете, что корабль фактически подчинен ОО?»
«Корабль — это то, что он говорит. Но ближе к делу. Беда в том, что у нас в ближайших объемах нет кораблей для выяснения того, что на самом деле делают окты. У мортанвельдов и нарисцинов корабли есть, но они, похоже, ничего не обнаружили. Правда, ничего и не искали».
«Может быть, пора сказать им, что нужно начать поиски?»
«Может быть. Этот вопрос обсуждается».
«Ну конечно. Соберутся Разумы и станут тянуть резину?»
«Да».
«Предложите им тянуть поскорее. И еще одно».
«Да, Джан Серий?»
«Я снова включаю свои системы. По крайней мере, те, что смогу. И попрошу “Человеческий фактор” помочь мне восстановить остальные. Конечно, я предполагаю, что мои действия соответствуют регламенту ОО».
«Вам не приказано делать это», — ответил Батра, словно не замечая сарказма в ее голосе.
«Да, я знаю».
«Лично я считаю, что это абсолютно разумный шаг».
«И я тоже».
— Ваше высочество, вы что — не заметили? Она ни разу не вздохнула — ни разочка, пока мы там были, разве что когда появлялась блестящая штука. А когда штуки не было, она вообще не дышала. Поразительно. — Холс говорил очень спокойно, понимая, что женщина, о которой он говорит, находится совсем рядом — в хвосте шаттла; Хиппинс сидел перед ними и, казалось, спал. Холс нахмурился. — Вы вправду уверены, что это ваша сестра?
Фербин только помнил, что его удивило спокойствие Джан Серий в странном трубообразном коридоре маленького обиталища-колеса.
— Это моя сестра, можешь не сомневаться, Холс. — Принц оглянулся — почему Джан Серий решила сесть вдали от него? Та с отсутствующим видом кивнула ему; он улыбнулся и снова устроился на сиденье. — В любом случае я должен считать ее своей сестрой. А она — верить мне, что наш отец умер именно так.
«Да-да, я чувствую, как вы это делаете, — транслировал автономник. Она только что сообщила, что заново вооружается — включает все системы, которые может. — Батру это устраивает?»
«Вполне».
«Интересно, насколько “вооружен” “Человеческий фактор”?» — спросил автономник. Он разместился между шеей Анаплиан и подголовником. Внешний вид его снова изменился: по прибытии на станцию 512-й Градус Пятого Кабеля автономник стал напоминать небольшой цилиндр.
«Думаю, очень неплохо, — транслировала Джан Серий. — Чем больше я об этом размышляю, тем более странным кажется, что корабль называет себя Беглым».
«Меня это тоже поразило, — сказал Турында Ксасс. — Но я решил, что старым кораблям вообще свойственны причуды».
«Да, корабль старый, — согласилась Анаплиан. — Но вряд ли впавший в старческий маразм. Правда, достаточно старый, чтобы заслужить отставку. Это корабль-ветеран. Суперлифтеры в начале Идиранской войны были самыми быстрыми кораблями Культуры и самыми близкими к боевым, хотя и не предназначались для войны. Они держали фронт, и им досталось больше других. Выжили немногие. Так что он вполне достоин звания почетного гражданина. А также эквивалента медалей, пенсии и права на бесплатные путешествия. Он, однако, говорит о себе как о Беглом, а это может означать, что он был обязан сделать что-то и не сделал. Например, разоружиться».
«Гм, — отозвался автономник. — Джерл Батра не пожелал прояснить его статус?»
«Не пожелал».
Анаплиан сощурилась — несколько доступных ей систем, активируемых одной силой мысли, выстроились перед ней и начали самопроверку. Значит, это старая машина ОО. Или что-то в этом роде.
«Думаю, мы должны на это надеяться».
«Должны. Вам есть что добавить?»
«Пока нет. А что?»
«Я вас оставлю, Турында. Мне нужно поговорить с братом».
