Сергей улыбался, но в его словах чувствовалась горечь. Яна наигранно рассмеялась:
– Серега, тебе только тридцать. Вся жизнь впереди. Женишься, детей заведёшь. Похудеть, между прочим, тоже не поздно, – нравоучительно напомнила она и подумала: «Демьян бы мигом разобрался в клубке комплексов одноклассника и дал бы дельный совет».
– Я в Краснодар насовсем перебираюсь. Устроился в библиотеку работать. Никогда бы не подумал, что это так интересно! – Его глаза загорелись, подтверждая последнюю реплику. – Твоя мама говорила, что ты в институте работаешь. Ну как?
– Скучно, зарплата маленькая. Что бы там мама ни говорила, это не результат глубокого самоанализа и альтруистического стремления сеять доброе и вечное. На самом деле я не хочу работать вообще, лучше я буду домохозяйкой и многодетной матерью. – Яна не ожидала от себя такой честности и сразу же смутилась.
Сергей замер, не зная, как реагировать на слова Яны. От необходимости подбирать ответ спасли вернувшиеся родители. Беседа снова стала поверхностной и подчеркнуто вежливой. Не только Яна разочаровалась, но и Сергей, по-видимому, не ожидал, что его школьная любовь угасла без права на реинкарнацию.
Яна с трудом дождалась окончания вечера, записала номер телефона одноклассника и уехала домой.
Приняв душ, она укуталась в тёплое одеяло и попыталась уснуть. В голове продолжали вертеться обрывки фраз. После встречи с Сергеем остался горький осадок, словно возвращаешься в родное, знакомое с детства место и понимаешь, что небо не такое уж и голубое, а деревья не такие высокие, как представлялось в воспоминаниях. Если первая любовь не стала последней, путь она продолжает жить в сказочном мире, где обожаемый одноклассник – знаменитый актер, устилающий дорогу лепестками роз, а не обрюзгший, разочарованный жизнью дядька.
Поднимая гриф, Яна внимательно рассматривала своё отражение в зеркале. Мышцы рельефно выделялись под футболкой, демонстрируя результат регулярных тренировок. Живот плоский, ноги сильные и мускулистые. Так она не выглядела даже в студенческие годы. Только вот саму Яну отражение не радовало. Она видела то, что не могли заметить поверхностные наблюдатели: следы бессонных ночей у кровати ребёнка, морщинки от смеха в компании любимого когда-то мужа и скорбные складки у рта, появившиеся на утро после смерти сына.
Она была женой, была матерью, а сейчас вернулась на старт. Яна представляла, как мирно течёт и перетекает из статуса в статус её жизнь: сначала невеста, потом жена и, наконец, мама. Следующим шагом виделось освоение роли родительницы первоклассника, затем – выпускника, дальше хорошо было бы стать свекровью и бабушкой.
А теперь всё заново. Она одинока, и впереди череда знакомств и неудачных свиданий. Больше всего расстраивала необходимость заново узнавать человека, аккуратно по миллиметру продвигаться в раскопках характера и неизбежно скидывать розовые очки. Пугала неотвратимость играть роль правильной женщины, оправдывать ожидания в виде регулярного ужина, приятной внешности и тихого нрава. Неминуемы первые разочарования, когда избранник наконец-то сам покажет своё нутро.
Когда-то начало отношений интриговало Яну. Мимолетные взгляды, случайные прикосновения и первые поцелуи рождали бурю эмоций и жуткие перепады настроения. Даже незначительные знаки внимания вызывали кипучую ответную реакцию. Это напоминало болезнь аллодинию, аномально повышенную чувствительность кожи к различным раздражителям. Именно так Яна себя и ощущала на первом этапе развития отношений.
Она сама не заметила, как изменилась. Теперь хотелось спокойствия и уверенности в партнёре, возможности быть собой, в лоне семьи довольствоваться удобной одеждой и отсутствием макияжа. Идеальным вариантом она считала такую духовную близость с мужем, когда он воспринимается как часть собственного тела. Родной, понятный и жизненно необходимый.
Закончив тренировку, Яна быстро приняла душ и поспешила на работу. Не стоит давать Диплодоку повод к написанию очередной докладной.
У двери кафедры Яна приостановилась. Из комнаты доносился взволнованный голос Карины и более приглушенные голоса других преподавателей. Она осторожно проскользнула в помещение и сразу же направилась к своему столу. Спорящие не обратили на неё внимания и продолжили препирательства, только Демьян молча кивнул, приподнимая в улыбке угол рта, и продолжил напирать на раскрасневшуюся Карину:
– Я не считаю отношения между преподавателем и студентом преступными, но неудобными и сложными однозначно. Разные статусы, а зачастую, и возраст.
Девушка фыркнула и надменно оглядела коллегу с ног до головы.
– Любые отношения мужчины и женщины – это сложно. Что за пещерные предрассудки? Вы случайно с Диплодоком не из одного динозаврового яйца вылупились?
– Необдуманные скоротечные романы, которых у вас было не меньше пяти, подрывают авторитет среди студентов. После этого удивляетесь, что не можете заставить обращаться к вам на «Вы»? – едко заметил Демьян.
