Наконец, пиво кончилось; Гудвин, Мэрфи и Маккарти ушли, чтобы поспать пару часов перед выходом на задание. Хок с Мелласом остались одни. Меллас сильно устал, голова кружилась. Он хотел спать, но понимал, что это последний вечер перед тем, как новые формальные отношения добавят свой пласт осложнений. Завтра Хок станет шкипером, а Меллас – его заместителем.
Они катали пустые пивные банки в смущённом молчании. Наконец, Меллас легонько кинул банку в Хока и сказал: 'Страшно тебе возвращаться в лес?'
– Почему ты решил, что я, блин, пьян?
Немного помолчали.
– Я рад, что ты получил роту, Тэд. Если б я её получил, случилась бы катастрофа.
Хок улыбнулся и покачал головой: 'Меллас, тупица, у тебя не было шанса её получить. Ты всё такой же салага'.
Меллас улыбнулся и согласно кивнул головой: 'Угу, но всё равно это была бы катастрофа'.
– Чёрт побери, Меллас. Где-то через месяц ты станешь первым лейтенантом, через несколько месяцев после этого ты станешь дембелем и всё, чего тебе захочется, это отправиться домой. То есть вот тогда тебе и предложат роту, когда ты больше не будешь её хотеть. Но лучшего выбора не будет, поэтому ты её примешь. И ты станешь лучшим выбором.
Меллас рассмеялся, довольный и смущённый похвалой. 'В любом случае, мне будет приятно работать с тобой. Как бы то ни было, я бы всерьёз задумался об открытии грёбаного бара вместе с тобой, если нам удастся вернуться в Мир. – Он фыркнул. – 'Блиндаж'. Я бы разрешил ветеранам смотреть на посетителей через односторонние зеркала'.
Хок откинулся и улыбнулся в потолок палатки. Потом, вдруг протрезвев, выпрямился: 'Это глупая фантазия, Меллас. По крайней мере, на восемнадцать лет'.
– О чём ты говоришь?
– Я записался в кадровые.
– Нет.
– Да, – сказал Хок. Он старался казаться беспечным. – Обернулся в пурпур и золото Корпуса морской пехоты.
Меллас промолчал.
Хок подыскивал верные слова, глядя на смятую пивную банку, а не на Мелласа. 'Знаешь? Чёрт. Я не знаю, каким хером заниматься, если вернусь на родину. Ты другой. Ты поступишь в юридический колледж или ещё куда и поднимешься на самый верх. А я? Чёрт. Здесь хорошие люди. Малвейни, Коутс, Кэссиди. Даже Стивенс. Он старается. – Он посмотрел на Мелласа. – Добрые ребята. Хорошие офицеры'.
– Если б не бросил в тебя сраной банкой, предложил бы за тебя тост. – Меллас лёг на койку и уставился в складки палатки над собой, наблюдая за игрой теней от одинокой свечки. – Мэрфи прав. Войскам приходится ещё хуже, если хорошие парни не остаются.
В тишине Меллас думал о прежней роте 'браво', ныне не существующей, разбросанной по госпиталям Японии и Филиппин, летящей домой через Тихой океан коммерческими авиарейсами в прорезиненных мешках для трупов.
– Скажи мне, Хок, – сказал Меллас, не глядя на него, но наблюдая тени на потолке. – Пока ты не стал 'браво-шесть', – он не удержался от шпильки, – и кадровым, – Хок выставил ему средний палец, – зачем полковник послал нас на херову гору во второй раз? – Голос Мелласа задрожал. Это застало его врасплох. – Гуки не бежали. Рота 'дельта' могла всё сделать сама.
Хок ответил не сразу. 'Потому что вы сами вызвались. Он бы отменил приказ на штурм, но в последнюю минуту он сказал Фитчу, что он подключит 'дельту', если Фитч не хочет делать эту работу'.
Меллас сел. Слёзы, которые навернулись было, когда он заговорил о штурме, высохли, но сжалось горло. 'Что?'
– Симпсон сказал Фитчу, что у него два варианта: либо вернуть гордость роте за оставление Маттерхорна, отчего должен состояться штурм, либо оказаться малодушным псом и позволить роте 'дельта' убрать говно за ротой 'браво'. – Он помолчал. – И принять всё, что за этим последует. Ты же знаешь, как невелик Корпус морской пехоты.
– Если б я знал, что Фитч вызвался, мне б точно захотелось его убить, – тихо и задумчиво сказал Меллас.
– И если б тебя поставили перед таким выбором, ты бы тоже вызвался, как Фитч, – сказал Хок.
– Я знаю, – ответил Меллас.
– Ты по-прежнему жаждешь убить Симпсона?
– Нет. Знаешь, там, наверху, я слетел с катушек. Он просто делал свою работу. – Меллас снова лёг на койку. – Просто я бы хотел, чтобы он делал её трезвым. – Он засмеялся, и Хок присоединился к нему. Потом они замолчали.
– Самое смешное, – сказал Меллас, – мне Фитч нравится всё так же. Я бы пошёл с ним на гору, даже если б знал.
– До того или после, как убил бы его?
– И то и другое.
Оба опять притихли. Алкоголь туманил взор Мелласа и грозил увлечь его в сон. Затем он снова всплыл: 'Он пожертвовал нами, бедный маленький ублюдок. Это останется за ним гораздо дольше, чем просто плохая характеристика. А вот я уже неважно себя чувствую, потому что мне нравится убивать людей'.
