– Есть новости от наших 'рыжих псов'? – спросил Хок, автоматически смещая систему координат на карту в голове, на которой он постоянно отмечал позиции боевых дозоров роты.
– Не-а, – отсветил Поллак. – Если не считать того, что грёбаный лейтенант Кендалл сообщил своё местоположение на километр в сторону от того, что радировал Дэниелс сразу после него, поэтому я поставил их туда, где сказал Дэниелс. – Он вернулся к картам в своих руках.
Не в первый раз Кендалл ошибался при чтении карт, и Хок, так же как и Поллак, понимал, что Дэниелс, скорее всего, прав. Он также понимал, что Дэниелс, вероятно, передал координаты, чтобы поправить Кендалла. Он решил не выговаривать по рации за несоответствие. Он отдельно поговорит потом с Кендаллом и Дэниелсом. Он выбрался назад в серый день и закурил предпоследнюю сигару. Он сделал долгую медленную затяжку, смакуя ощущение, в особенности тёплую сухость дыма. 'Блядь!' – снова сказал он, имея в виду постоянные дожди. Затем ему пришло в голову, что раз сюда перебрался батальон, то в нём должен быть кто-то, у кого можно купить сигары. Он улыбнулся, глазами пробежался по линиям окопов, в то же время осматривая местность и думая о координатах патрулей.
Фитч обдумывал предыдущие патрули, не текущие. Медленно поднимаясь вверх по склону, он оттачивал свои аргументы, объясняющие, почему так долго возились с пулемётом гуков. Он приподнял континентальную форменную кепи, пригладил волосы и плотнее надвинул её на макушку. Увидев, как Симпсон и Блейкли склонились над картой и временами бросают взгляды вниз на долину, он коротко вздохнул и через площадку высадки направился к ним.
– Вы хотели видеть меня, сэр? – спросил он, козыряя обоим.
– Никаких приветствий, лейтенант, – небрежно сказал Симпсон. – Мы ведь не хотим, чтобы другой пулемёт гуков снял Блейкли, не так ли? – Фитч опустил руку, а Блейкли засмеялся. – Хорошо быть в лесу, – сказал Симпсон почти отстранённо. Он поднёс бинокль к глазам и посмотрел на долину.
– У тебя всё в порядке, Тигр? – спросил Блейкли.
– Так точно, сэр, – сказал Фитч.
Наконец, опустив бинокль, Симпсон повернулся к нему: 'Ты знаешь, что делать, когда убиваешь гуков, лейтенант?'
Фитч замешкался с ответом: 'Сэр?'
Выговаривая каждое слово, словно разговаривая с ребёнком, Симпсон повторил: 'Что ты делаешь, когда убиваешь гуков, лейтенант?'
– Я, э-э, сэр?..
– Не знаешь, да?
– Э-э, нет, сэр. То есть я не совсем понимаю, о чём господин полковник спрашивает.
– Я спрашиваю о грёбаных разведданных, лейтенант. Грёбаных разведданных. Ты знаешь, что это такое?
– Так точно, сэр, знаю. Сэр.
– Что-то не похоже, – Симпсон повернулся к Блейки, словно делясь с ним секретом. Блейкли кивнул, и Симпсон продолжал, – Позволь мне тебе помочь. Знаешь, не всегда найдутся в корпусе МП фотографы, чтобы подготовить за тебя отчёт о боевых действиях. – Он улыбнулся, но явно не по-доброму. Блейкли сделал то же самое. Фитч неуверенно улыбнулся в ответ. – Разведданные, лейтенант, – продолжал Симпсон, – строятся на тщательном сборе мелочей. Понимаешь, да? Это не результат театральных поисков. Это результат тяжёлого труда, постоянного внимания к деталям, к мелочам. Ме-ло-чам.
– Так точно, сэр.
– Когда получаешь мёртвых гуков, ты собираешь всё. Планшеты, нашивки, письма – всё. Выворачиваешь карманы. Забираешь оружие, вещмешки. Пытаешься распознать их запахи, чтобы понять, что они ели на обед. Следишь за моей мыслью, лейтенант?
– Так точно, сэр.
– Хорошо. Я больше не потерплю провалов в разведывательной работе.
– Так точно, сэр.
– Я рад, что ты, в конце концов, разобрался с пулемётным расчётом гуков. Сколько патрулей у тебя выходит в день?
– Три, сэр.
– Мало, правда? Две блядские недели.
– Сэр, мы в то же время устраивали базу огневой поддержки и линии боевых окопов.
– У каждого есть проблемы, Шкипер.
– Сэр, мы всё-таки добрались до пулемёта. И при этом никого не потеряли. И мы притащили его сюда вместе с АК и СКС.
– И из какой же они части?
Фитч облизнул губы. 'Не знаю, сэр', – наконец, ответил он. Он понимал, раз батальон выдал вероятную цель у Мелласа за подтверждённую, нет смысла объяснять Симпсону, что не было трупов, которых можно было бы найти. С другой стороны, Гудвин определённо подстрелил троих, но вернулся назад с трофейным оружием и барахлом – кукарекая как петух, ребята прозвали его Шрамом, – и без всяких разведданных. Фитч почти улыбнулся при этом воспоминании, несмотря на тот факт, что именно за это его сейчас и распекают. 'Блядь, – подумал он, – да они же по-всякому из сраной 312-ой стальной дивизии, и всем об этом известно, в том числе и тебе, Симпсон!'
– Вот видишь, лейтенант, ты не только не смог проявить агрессивность в патрулировании, но ещё и пренебрёг собственной обороной.
– Сэр?
– Твои линии, лейтенант. Твои линии. Они полностью открыты для удара артиллерии.
– Сэр, э-э… Ближайшая артиллерия гуков находится на Ко-Роке, насколько мы знаем. Это дальше, чем была наша на Эйгере.
– А ты у нас тот, кто нашёл все грёбаные 122-мм снаряды.
