Он рубанул по бревну ножом. Боль была ужасная. Оставив лишь маленькую царапину, нож отскочил от твёрдой древесины. Он уставился на царапину. Он взялся за нож левой рукой и попробовал снова. С левой рукой он был беспомощен: нож просто отскакивал от дерева вместо того, чтобы врезаться в него.
– Нужно разозлиться на него, – сказал Янковиц, неожиданно появляясь из-за спины. – Вот так. – Он взял нож из рук Бройера и с проклятиями набросился на бревно. Опять и опять он сыпал удары по дереву большим ножом, выкрикивал скверные слова. От дерева летели мелкие щепки. Вдруг Янк остановился и улыбнулся. Он метнул нож в бревно, нож воткнулся и завибрировал. – Восемь паршивых дней до встречи с Сюзи в Бангкоке, – сказал он. И пошёл по линии окопов дальше.
Когда второе отделение вернулось из дозора, Джейкобс немедленно отметил, как сильно оно отстало в постройке блиндажей, хотя лейтенант Меллас и сержант Басс обещали ему, что отделения, не вышедшие на патрулирование, будут работать одинаково усердно по всему сектору взвода. Пулемётная позиция Хиппи, однако, уже имела вокруг себя начало стенки, а также несколько довольно кривых стволов, от которых, как предположил Джейк, отказались другие отделения. Он устало уселся в грязь и свесил ноги в окоп.
Хиппи снял очки в тонкой металлической оправе и протёр рубашкой. Он поднял их навстречу дождю и посмотрел сквозь стёкла. Вернул их на нос и, морщась, медленно снял ботинки. Он осторожно стянул мокрые носки с бледных и распухших ног.
– Неважно выглядят, – сказал Джейк.
Хиппи хмыкнул. Он помассировал ступни. 'Вот так'. Он растирал их несколько минут, потом, кривясь, снова надел ботинки и начал разбирать пулемёт, чтобы вычистить грязь и траву.
Джейку отчаянно хотелось, чтобы вернулся Фишер, но Фишер уехал. Очень просто – увезён, и вот теперь он болтает ногами здесь, на пулемётной позиции Хиппи, все устали, грёбаный дождь хлещет по земле, его отделение без блиндажей и осталось всего два дня на их устройство.
– Никто сегодня ни хрена за нас не сделал, – сказал Джейк. Он пнул по стенке окопа, и ком грязи плюхнулся в воду. Он увидел, как из сектора Шулера к ним приближается лейтенант Меллас.
Меллас присел на корточки возле окопа: 'Подумал: избавлю-ка тебя от необходимости тащиться в гору, чтоб доложить мне о результатах'.
Джейк отметил про себя, что Меллас весь в грязи и утомлён, и ему сделалось приятно от мысли, что лейтенант тоже работает в окопах. 'Нечего докладывать, сэр. Ничего кроме дождя и грёбаных джунглей'.
– Никаких следов? Ничего?
– Вы же бывали там. Ничего.
Дождь вдруг накрыл их сплошной пеленой. Крохотными водопадами вода побежала с каски Джейку на нос и за шиворот. Джей смотрел на линии окопов. 'Я вижу, сегодня много потрудились над нашими блиндажами, сэр'.
Меллас быстро оглянулся: 'Делали всё, что могли. Поскольку были заняты, а вы, ребята, свинтили на прогулку по парку'.
Хиппи клацнул на место затвор пулемёта, заставив вздрогнуть и Джейка, и Мелласа. 'Скажите мне, лейтенант, – сказал Хиппи. – Просто скажите мне, где здесь находится золото'.
– Золото? – оторопел Меллас, но Джейк понял, что Хиппи борется с чем-то глубоко засевшим внутри. Он видел, как ходят желваки Хиппи, пытающегося скрыть досаду и усталость.
– Да, золото, паршивое золото, или нефть, или уран. Что-нибудь. Боже, хоть что-нибудь, ради чего мы здесь толчёмся. Что-нибудь, и тогда мне станет понятно. Просто немного сраного золота, чтобы всё это имело смысл.
Меллас не ответил. Он долго смотрел на джунгли. 'Не знаю, – наконец, сказал он. – Хотел бы я знать'.
– Вот именно, – сказал Джейк. Он упёрся прикладом винтовки в землю и встал на ноги.
Меллас поднялся вместе с ним. 'Послушай, Джейк, знаю, что трудно, но ещё осталось время до заката. Перекуси и прикинь, нельзя ли до темноты наполнить хоть несколько мешков для оснований под перекрытия'.
Джейк тупо посмотрел на Мелласа, стараясь уразуметь. Не сказав ни слова, он повернулся, чтобы передать приказ командирам огневых групп.
Свет угасал, и на позициях становилось тише по мере того, как рота переходили на вечернюю боевую готовность. Вилльямс и Кортелл, которые трудились по соседству с Джонсоном над собственным блиндажом, при догорающем свете чистили винтовки М-16. Эти двое были неразлучны с самого прибытия в страну. Невысокий Кортелл, командир второй огневой группы Янковица, если б лучше кормили, был бы округлым. Из-за лёгкой залысины он выглядел старше своих девятнадцати. Вилльямс, высокий и стройный, с большими фермерскими руками, был почти полной физической противоположностью Кортеллу. Общим для них, помимо корпуса МП и восьми месяцев на войне, была работа на ферме, хотя для одного это был хлопок в дельте Миссисипи, а для другого – коровы-герефорды и сено.
