Матушка-Метелица (СИ) полностью

Матушка-Метелица.

Рождественская сказка

Сыплется густыми мягкими хлопьями на землю снег, кружит на ветру, устилает поля, укутывает пуховым платком сады и рощи. Ну что нынче за зима такая выдалась - только расчистишь дорожки, только воткнёшь лопату в сугроб, глянь, всё порошей замело - по новой принимайся за работу. А уж как загудит-завертит пурга-метелица - станет снежная пелена стеной, мимо родных ворот пройдёшь - не заметишь.

А тут вдруг с утра распогодилось - на небе ни облачка, солнце до того ярко светит, аж на снег больно глядеть. Значит, самое время запрягать Гнедого и в город за покупками, - какое Рождество без подарков? Да и тётку Казимиру давно пора навестить.

И пошла спозарнаку беготня во дворе - потащили в сани узлы неподъёмные, корзины плетёные с угощеньем деревенским - тут и гусь печёный и парась копчёный, колбаса кровяная и брага хмельная. Баське со Стаськой раздолье, шустрее всех по двору носятся, отцу-матери помогают - то окорок в сугроб уронят, то горшок с мёдом разобьют. Ну а где Баська со Стаськой, там и Войцех кудлатый - вьюном вьётся, хрипит-лает, суеты добавляет.

Наконец сани домашней снедью битком набиты, пора и самим в дорогу наряжаться. А так не хочется с мороза уходить! Так не хочется! Ещё бы чуток в снегу поваляться!

Но отец торопит, сердится: - Сколько вас ждать надо?!

И мать за ним следом: - Живо-живо, домой одеваться!

А дома тепло! А дома пряниками пахнет - только вчера последний противень испекли. За столом сидит пани Данута, материна подруга задушевная, мятным пряником угощается, грушевый взвар прихлёбывает:

-Ты, Юстыся, не беспокойся, пригляжу я и за домом, и за скотиной, и за девицами твоими, не впервой нам выручать друг-дружку.

Часы резные на стене тикают, маятник золотой качается, кукушечка деревянная о времени напоминает - мать с отцом давно переодеться успели, а Баськи со Стаськой всё нет да нет, наконец явились - платьица накрахмалены, косички русые аккуратными крендельками уложены - любо-дорого глянуть - не девочки - королевны!

Улыбнулась им пани Данута: - Неужто это наши сорвиголовы? Ну, раз такое дело, вот вам от меня подарочек! - тут она вынула из кармана две ленты шёлку атласного - одну алую, словно маков цвет, другую синюю, как васильки в поле. - Носите всем на радость!

У сестриц глаза разгорелись:

-Ой, спасибочки!

-Ой, красотища!

-Чур, моя красная, а твоя синяя!

-Нет, моя красная, твоя синяя!

-Нет моя! - Бася зажала ленту в кулаке.

-Я старшая, ты должна меня слушаться!

-А я младшая, ты должна мне уступать!

Только уступать никто не собирался, и через минуту помятые атласные ленты валялись на полу, нарядные платья, облитые грушевым взваром, стали похожи на половые тряпки, аккуратные кренделёчки на головах превратились в вороньи гнёзда, а раскрасневшиеся "королевны" шипели друг на друга кошками и пытались вырваться из крепких отцовский рук!

-Вы бы хоть пани Дануту постеснялись!

-А я тут причём, это всё Баська!

-Я чем виновата? - это всё Стаська!

-Ну вот что, красавицы, - тут у пана Анджея голос от гнева прервался, - вот что - терпенье моё лопнуло. Никуда вы с нами не едете - дома остаётесь хозяйничать.

-Пап!..

-Мам!..

-Не "пап" и не "мам", а как я сказал, так и будет. - Мало мне пани Казимира в нос тыкала, что девицы у меня дикарками растут! Мало мне она в прошлый раз выговаривала! Да чтобы я опять краснел перед ней как нашкодивший мальчишка?! - не бывать тому! Где дрова, где припасы вы не позабыли? Борщ-кашу сварить сумеете? Скотину накормить-напоить не забудете? Ну а на всякий случай пани Данута за вами одним глазком приглядит по-соседски. Надеюсь, за пару-другую денёчков дом вы не разнесёте.

Пани Юстыся не ждала такого:

-Ладно тебе, отец, прости их праздника ради!

-Нет, мать, разок прощу, другой прощу, они совсем распояшутся.

Вы уж нас извините, пани Данута!

-Да что извинять, у самой такие же сорванцы растут.

-Так то парни, а это девицы взрослые - шутка-ли - старшей двенадцать, младшей одинадцать - пора и поумнеть.

От несправедливости происходящего сёстры аж онемели. Ну подумаешь, чуток растрепались, так расчёской махнуть и снова порядок. Главное, все против них! Все! Тётка Данута, вздохнув поднялась, а следом и мать с отцом, к дверям пошли. И всё из-за чего? - Из-за каких-то ленточек несчастных!

-Ну и не надо нам вашего города!

-И тётки Кази не надо!

Отец снова вскипел:

-Ишь, не надо им ничего! Гонору-то, гонору сколько! Нашкодили, пани Дануту обидели...

-Ну прости нас, пап!

-Мам, мы правда больше не будем!

-Анджей, неужели мы так в сердцах и уедем?

Отец уже отошёл немного:

-Вечно ты их защищать кидаешься, можно подумать, враг я им! Ну хорошо, простим дурёх ради праздника. Но только радоваться не больно-то спешите - всё равно, с собой вас взять не могу - не могу и точка, я слово отцовское сказал. Вот подарки из города привести - это пожалуйста...

-Не нужны нам ваши подарки!..

-Вон, Крыське свои подарки дарите!

-Опять?!

-А что "опять" - Крыську то, небось, сейчас обнимать-целовать кинетесь?