Добрался быстро. В большом зале расположились в креслах пять человек. Наверное, самые главные. Они, очевидно, общались, но звуков я не слышал. Раз не слышу, то вряд ли смогу какую-то важную информацию узнать. Ну, рассмотрел я, что на экране перед одним мужиком развернулась схема захвата нашего бота в силовые лучи четырьмя транспортниками, и что? Я и без экрана понимаю, что они затеяли. Нет смысла ни ждать, ни подглядывать.
Время убивать.
Опустошение!
Пилот, сидевший подавшись вперёд, не валится на пульт перед собой, как я инстинктивно ожидал, а наоборот распрямляется и поднимает руки вверх. Что хрень? А! Невесомость же! Но смотрится странно.
Не успел пилот сменить позу, как заверещала тревога. Её я отлично услышал. Люди в креслах засуетились. Ну и суетитесь. Сейчас с пилотом закончу и займусь вами. Я ждал появления тонгера, но не дождался. Он куда-то исчез, так и не попавшись на глаза моему телепатическому восприятию. И тут я, как и с невесомостью, чуть не стукнул себя по лбу. Конечно, исчез! Тут же размазывающее поле! Стоило ему вылететь за пределы скафандра, как поле лишило его сознания и выкинуло куда-то за пределы корабля. Так, кстати, даже лучше, не надо время тратить самому, всю работу поле делает.
Кто следующий?
По позам я понял, что трое из оставшихся четырёх запаниковали. Суетливость движений — то ли расцепить ремни, удерживающие в кресле, то ли наоборот затянуть. Они поняли, что за опасность их подстерегает, но не знали, что делать. А вот оставшийся вполне успешно долбил по экрану, явно вбивая какие-то команды.
И его уверенные движения мне не понравились. Повеяло опасностью.
Я направился к нему, но тут внезапно почувствовал сильную тягу к потолку. Что-то меня, бестелесное и невесомое существо, тянуло вверх. Вряд ли меня тянут в хорошее место. Как это возможно, я не понимал, но вот факт. Тянуло и ощутимо. А напрягаться, чтобы противостоять этому я не мог. Задействовать телекинез или что-то такое означало подвергнуться влиянию поля. Вот это меня поймали лихо!
И что делать? Я чувствовал, что тяга с каждым мгновением нарастает.
Я осмотрелся в поисках чего-то, что мне поможет. И, как ни странно, нашёл.
Труп пилота. Он в скафандре! Я переместился туда. Поле размазывает не мгновенно, так что пока я перемещался, меня весьма основательно тряхануло, но тем не менее я успел заскочить в скафандр. Прямо в мёртвый мозг мёртвого тела. Не успел я сам себе пожаловаться, насколько тут мерзко, как почувствовал, что тяга не уменьшилась. Скафандр он неё не экранировал. Но он экранировал от поля. Я осторожно задействовал телекинез, немного уплотнил себя и зацепился за внутреннюю поверхность скафандра. Меня тянуло вверх, но я легко этому противостоял.
— Он здесь? — неожиданно раздался голос у меня в голове. На имперском.
Если бы было, чем вздрагивать, я бы вздрогнул. Да я бы, блин, подпрыгнул на два метра — настолько это было странно и неожиданно. Что за нахер⁈ Кто у меня в голове говорит на имперском⁈
Голосу ответил другой голос:
— Не знаю. В капкане пусто. Но мы целы, значит, он ушёл. Не думаю, что он бы остановился, уничтожив только пилота.
Блин, да это обычные наушники! Вернее динамики. Я же сижу в мёртвой голове, на которой шлем с динамиками. Они и издают эти звуки. Тело умерло, а техника работает. Неплохо. Есть время подумать, что делать дальше, при этом я могу послушать врагов.
Задействовать Восприятие, чтобы наблюдать за имперцами, я опасался. Это в какой-то степени выход за границы скафандра, а там и поле, и непонятная тяга. Подслушанное слово «капкан» тоже никакого позитива в себе не содержит. Я аккуратно телекинезом повернул корпус скафандра так, чтобы широкое забрало было направлено на остальных. Поскольку истребитель, несмотря на смерть пилота, продолжал маневрировать, то это движение мёртвого тела не должно привлечь внимание. Оно и не привлекло. Ну, относительно.
— Моча паучья! — раздалось в шлеме. — Он точно умер? Глаза открыты. На вид цел.
— Точно. Мгновенная смерть. Посмотри на тактическом планшете.
— Меня больше интересует, где тот, кто его убил.
О! А это опять обо мне. Я смотрел через забрало и пытался понять по жестам, кто говорит. В итоге разобрался. Мужик, который не растерялся после смерти пилота — главный. Он сейчас продолжал рулить кораблём, а значит у меня пока не получилось обезопасить бот. Возможно, он капитан. Я хотел убить его следующим, но пришлось пересмотреть план, так как у присутствующих возникла проблема, которая у нас оказалась общей.
— Если он на корабле, то нам надо завести его под Цитадель, — сказал кто-то, кто не капитан. — Как и бот.
Капитан тяжело вздохнул, но признал, что собеседник прав.
— Да, но сначала сопроводим туда бот, потом катапультируемся и пошлём под Цитадель корабль.
— А разве мы не покинем корабль на боте? — удивился ещё один голос.
