Внимание последнего я тоже привлёк, но ему было сложнее прочих что-то мне противопоставить. Штаны были спущены, а сам он почти лежал на голой женщине, которую прижимал к широкому столу. Тем не менее он-таки нашёл, что мне противопоставить, и противопоставил мне то орудие, которым пытался атаковать женщину. Это оружие, наверное, было самым серьёзным в арсенале моих противников. До этого я действовал очень точно и быстро, а тут даже на секунду растерялся. Но когда увидел, что полуголый мужик уже умудрился вытащить небольшой нож из голенища сапога, выбил ему сначала нож, потом зубы, потом мозги. С мозгами получилось немного жутко. Я кулаком нанёс боковой удар в висок такой силы и скорости, что череп треснул и часть содержимого головы разлетелась по небольшой прихожей.
Голая девушка с пышными формами в онемении наблюдала за происходящим и дале забыла, как дышать. Только смотрела на меня с ужасом. Ну, да. Вряд ли она ожидала именно такого спасения. Да и пока принципиально нельзя сказать, что я её спас. Так. Отсрочил неминуемое. Но тут уж как она сама дальше выкрутится.
— Одевайся, — я постарался говорить спокойно. И у меня получилось.
Но, видимо, со спокойствием перестарался. Прозвучало это настолько холодно и отстранённо, что девушка только ещё больше испугалась. Вообще-то, да. Такими интонациями надо пленный офицерский состав под пытками допрашивать, а не девушек одеваться посылать. Я на некоторое время завис, раздумывая, что ещё за «пленный офицерский состав под пытками» и вторая мысль была о том, что я неплохо владею голосом, заставляя людей чувствовать ту эмоцию, которую хочу передать. Иногда выходит не очень, но тем не менее эффект есть.
— Слезь со стола и иди одевайся, — приказал я уже обычным человеческим голосом.
Подействовало.
Девушка спрыгнула со стола и побежала вглубь дома. На порванные вещи на полу она даже не обратила внимания.
На улице послышались крики.
Ну, ожидаемо. Я когда на эту улицу выскочил, то успел обратить внимание, что тут достаточно много народу присутствовало. И большинство как раз представители совершенно непонятного военного образования.
Я выскочил из дома, готовый бежать, и понял, что если хочу от кого-то убежать, то перед этим придётся кого-то убить. Восприятие показало человек двадцать, но когда оказался снаружи, то быстро понял, что меня окружают. Со всех ног сюда бежали десятки солдат. Я пожалел, что не прихватил у Карда меч. Сейчас бы пригодился. Но и короткое копьё тоже неплохо. Я заскочил обратно в дом и поднял с пола это неплохого качества орудие, выроненное одним из бойцов. Копьё по размеру было чуть выше моего роста. Наконечник толстый, с моё предплечье длиной. Заточен с двух сторон. Нормальная такая мощная штука. Не только колоть, но и рубить, и резать сгодится.
Выскочил на улицу снова. Вооружённых холодным оружием и горячими эмоциями негативных личностей прибавилось.
— Я наказал насильников! Я хочу говорить с вашими командирами! — заорал я, увидев нескольких персон, которые внешним видом этих командиров напоминали. Я также положил копьё на землю, показывая, что я мирный, добрый и позитивный.
Теперь на меня просто так не набросятся. Раз слово «командиры» прозвучало, сейчас только они должны решать мою судьбу.
— Ты убил моих людей, ты умрёшь! — один из этих командиров был настроен как-то, на мой взгляд, чересчур агрессивно.
— Я убил тех, кто пытался изнасиловать беззащитную женщину. Чем они отличались от высших, если ведут себя точно также?
Я решил уйти сейчас от своей легенды отшельника, наоборот, дав понять, что в курсе, чем эти товарищи занимаются.
— Что ты знаешь о высших и о том, как бороться с ними? — прокричал один солдат из толпы. Удачно. Очень удачно!
Были и другие выкрики, но этот был громче всех и мне только его и не хватало.
— Я убил высшего! Сам, своими руками!
Наступила тишина. Ну, да, неудачники, вы-то никого не убили.
— Ты врёшь! — проорал один из четырёх мужчин, которых я на глаз определил как командиров. Кстати, самого главного я пока тут не видел, а он единственный, кто может принимать решения, которые эта толпа не оспорит.
— Пусть ваш главный рассудит. Я ему расскажу способ, как я это сделал. Он решит сам, правда это или нет!
Орал я громко, уверенно и самозабвенно. Должен же главный меня услышать или кто-то, кто ему докладывает о всех происшествиях. А я вполне себе происшествие.
— Взять его, — скомандовал один из главарей. Называть эту толпу войском или армией я уже не мог даже про себя. А раз это не войско, то тут только главари. Так и где же вожак этой стаи? Меня тут сейчас на части рвать начнут, а его всё нет.
— Стойте! Я сам пойду! — я ногой подцепил копьё, и ловко его подкинул, за доли секунды снова став вооружённым и опасным. Я посмотрел на всех сурово и грозно, после чего не крикнул, а очень громко и очень уверенно сказал. — Ведите!
И они расступились, тем самым показывая, куда идти.
