— …У пчел есть социальный инстинкт, сформировавшийся в процессе эволюции. Пчела появляется на свет уже приспособленной для жизни только в этой системе отношений. Совсем другое дело — человек. У людей нет жестких врожденных инстинктов, которые определяли бы единственно-возможную социальную схему, вот почему, человеческие общества могут быть разными. Но, общество воспитывает детей так, чтобы они стали пчелами, чтобы, усвоив некие принципы, они подчинялись определенным сигналам и транслировали эти сигналы. Общество — это не люди, это паразитная система, которая стремиться сохранить воспроизвести себя за счет людей, чья свобода подавлена.
— Ты тоже подменяешь понятия док, — заметил Ми-Го, — ты повесил на общество всякое дерьмо, которым занимается государство.
— Да? — философ вопросительно поднял брови. — А где ты видел общество, которое не создает государственных институтов для своего воспроизводства? И потом: как быть с институтами подавления, которые считаются общественными? Мораль, религия…
— Алло-алло, — перебил пилот с атолла Тепитака, — мораль, религия и все такое, тоже контролируются государством, просто государство делает вид, будто это не оно. А по первому вопросу я тебе скажу так: у туземцев на некоторых атоллах никогда не было государства. Колониальная власть не в счет, это внешняя сила. У нас на Тепитака нет сейчас никакого государства, и колониалистов мы оттуда выгнали.
— Так, — вмешался Пиркс, — у вас же там военная диктатура, разве нет?
— Да. У нас правит претор Октпо, тут все его знают. Но это не государство, так, док?
— Разумеется, — подтвердил Метфорт, — наличие диктатора это не признак государства. Социальный институт военных вождей характерен для до-государственной общины.
— Хм-хм, — проворчал Хобо-Ван, — по-любому, нам такой институт не очень нравится.
— Ваше дело, — спокойно ответил Ми-Го, — мы же давно договорились: вы живете по-своему, мы живем, по-своему, а помощь друг другу оказываем, каждый по своей специализации.
Философ громко похлопал в ладоши.
— Внимание, ассамблея! Давайте не будем уходить в частности! Я специально слегка сместил акценты, чтобы вызвать короткую дискуссию о границах между обществом и государством. Дело в том, что в проекте Хартии речь идет об абсолютном запрете на государство и любые его институты. Но термин «государство» толкуется шире, чем в классике. Так, к государству в нашем проекте относятся любые общие императивные моральные и религиозные стандарты жизни. А обществом в тексте называется только множество людей, связанных отношениями между собой прямо, но не через какие-то специальные институты. Вообще, как вы заметили, в проекте Хартии есть закрытый перечень обще-социальных институтов управления, явно необходимых для общества. Таковыми являются: выборный суд, техническое конкурсное правительство, силовые структуры, и несколько профильных служб жизнеобеспечения.
— Док Лукас, — окликнула его Рут, — ты собирался рассказать про Tiki.
— Я и рассказываю про Tiki. Я объяснил, почему сказать просто: «общество свободных людей», это нонсенс. Жизнь среди других людей требует ограничений для каждого в интересах каждого другого. Если мы, к тому же, хотим совместно действовать, чтобы повысить качество жизни каждого, то вынуждены будем согласиться еще на какие-то ограничения и обязательства, как в любом экономическом партнерстве. Тут важно не допустить, чтобы какие-то ограничения, обязательства и требования к человеку были введены без оснований, понятных из бытового, рационального здравого смысла. Вот почему я определил Tiki, как идею общества людей, для которых любая несвобода подозрительна. Некто предлагает ввести для людей ограничение, обязать их что-либо делать, или обязать их воздерживаться от каких-то действий, а для чего? Какой будет позитивный результат, и когда? Завтра? Через год? Через полвека? Пусть тот, кто нам предлагает ограничение, докажет, что это ограничение принесет конкретную пользу.
— Конкретную пользу кому? — спросил Йожин.
— Вот! — Метфорт резко поднял вверх обе руки, — Кому? Польза всегда должна иметь конкретного получателя. Именно поэтому, в проекте Хартии предусмотрено прямое распределение выгод, полученных обществом в целом, по принципу экономического партнерства. Если нас миллион человек, и мы, общими усилиями, получили миллион фунтов, то пусть каждый получит свой фунт. Сколько-то каждый человек отчислит в общую кассу взносы на задачи управления — как в экономическом партнерстве.
Хобо-Ван недоуменно пожал плечами.
— А что тут нового? Команда Йожина, например, живет по такому принципу.
— А я и не собирался предлагать что-то новое, — ответил философ, — я просто уточнил систему, которая у вас уже принята, только она не была сформулирована для всех. Я специально хочу обратить ваше внимание: Хартия одна для всех, но каждая локальная община может сохранять свое внутреннее устройство, которое нравится жителям, при условии, что из этой общины свободный выход. Никого силой и угрозами не держат.
