…Через два часа из аэропорта Порт-Вила, вне расписаний, начали вылетать самолеты. Сначала — один 40-метровый «Boeing-737», следом три 30-метровых «Douglas DC-9» и столько же аналогичных по размеру «ATR-72», а за ними 15-метровые «Harbin Y-12», которых было с десяток. Как стая перелетных птиц, они летели через море, чтобы там переждать непогоду. Их манили уютные австралийские аэропорты Кэрнс, Таунсвилл, и Рокгемптон. Они (как и птицы) любили родину, но не до суицидного фанатизма.
По прибытии в Таунсвил, премьер-министр Вануату (ощущая ответственность перед командой) дал интервью австралийскому ABC. От освещения в прессе не в последнюю очередь зависело, какой статус в Австралии получит он сам и его коллеги: то ли просто политических беженцев, то ли правительства Вануату в изгнании. Второй из вариантов выглядел гораздо привлекательнее, поэтому премьер-министр расписал обстоятельства бегства, не жалея красок и не сдерживая фантазию. Головорезы спец-группы «Creatori», возглавляемые хладнокровным безжалостным Сэмом Хопкинсом творили в маленькой стране Вануату что-то голливудское в стиле «Терминатора». Они обращали мирных и беззащитных граждан в рабство, и эксплуатировали на строительстве циклопического дирижабля, который предназначен для установки огромного плазмотрона, способного сжигать целые городские кварталы на суше или большегрузные корабли в море. Надо сказать, что премьер-министр ориентировался в запросах публики, так что его история, несмотря на (казалось бы) очевидную абсурдность, попала «в поток», была мгновенно растиражирована, и вызвала своего рода «цепную реакцию в информационном поле».
Генерал Леметри бросил на стол распечатку оперативной сводки и грубо выругался.
— Мсье? — вопросительно произнес майор Фадил.
— Вся ****ская элита Новой Каледонии бежит, — проворчал генерал, — Все банкиры, все воротилы никелевой металлургии, и все туземные мэры, зажравшиеся уроды, которых Франция опекала двести лет! Тут будет драка, а они сгребли все деньги, и все ценности, которые можно утащить в чемодане, и смылись. Дерьмо!
— Я понял, мсье. А моя задача…?
— Не перебивайте, Фадил! Мне и так тошно. Политиканы в Париже полные мудаки! Они прислали телекс: отправить парашютный батальон в поддержку роте капитана Ланзара, главного инструктора ополчения батаков из НБП на острове Гуадалканал. Реализуется гениальный, дьявол их разорви, план создания национального государства батаков. По этому плану, батаки займут полосу с северо-запада на юго-восток: от Палау до Самоа. Столица Республики Батак будет в Хониаре, на острове Гуадалканал, в середине этой полосы. Батакский рубеж отрежет проамериканскую Меганезию от Кораллового моря, благодаря чему исторически-французский Вануату присоединится к Новой Каледонии. Парижские мечтатели вспомнили, что Порт-Вила раньше назывался Франсвиль.
— Но это же бред! — воскликнул майор, — Узкий пунктир островов длиной 6000 км! Это невозможно удержать! Тем более — силами батаков, которые, хотя и воинственны, но никогда не были морским народом! И в любом случае, это пунктир, а не рубеж! И, мы поссоримся не только с американцами, но и с половиной Океании: с Папуа, которое в альянсе с Австралией, с террористами Автономии Бугенвиль — Северные Соломоновы острова, с Фиджи, где серьезная армия, с Новозеландским союзом, куда входит Ниуэ!
— Фадил! — строго сказал Леметри, — Вы бьетесь в открытую дверь. Я не хуже вас вижу, какой это идиотизм. Но я не президент Франции, и даже не консультант президента, а консультанты — какие-то философы из Сорбонны, рассуждающие про пассионарность, придуманную каким-то русским про древних монголов. После суперкризиса-2008 эти идиоты придумали вторую колонизацию стран Магриба, привезли туда толпу тупых вооруженных ублюдков из Палестины и Афганистана, и просрали все на свете. Здесь аналогичный случай. Но мы солдаты, и должны выполнять приказ, это наша работа.
Лицо майора окаменело, и на щеках прорисовались твердые бугры челюстных мышц.
— Спокойнее, — произнес Леметри, — я уже вижу, что вы хотите сказать. Что вы считаете Францию своей страной. Что вы не хотите нового национального позора. Что любому разумному человеку ясна необходимость опираться в Океании не на батаков и прочих гастарбайтеров, а на франкоязычных туземцев и креолов. Я угадал ваши мысли?
— Да, генерал.
— Так вот, Фадил, я угадал потому, что думаю точно так же. Но я знаю немного больше, поэтому не лезу со своими предложениями в Париж раньше времени. Понимаете, есть концерн «Alemir», владельцы которого, аравийские шейхи, находятся в неформальных отношениях кое с кем в Елисейском дворце. Тут та же история, что с Магрибом. Пока провал не станет очевидным, политики в Париже не услышат голос разумных людей.
Фадил медленно выдохнул воздух сквозь сжатые зубы, чтобы немного успокоиться, и спросил:
— Извините, генерал, а сейчас разве не очевидно, что мы на грани катастрофы?
— Почему это очевидно, майор?
