— А почему «Кавалерия Святого Георгия»? — спросил Пикачу.
— На реверсе старого британского золотого фунта, — ответил Снэрг, — была отчеканена картинка: Святой Георгий, на коне, убивающий копьем Змея.
Тем временем, некоторые батаки, рассудив, что мертвых легионеров тащить проще, чем живых, привычно извлекли из узорных матерчатых ножен свои ножи-тесаки, и…
— Блин! — брякнула Ким-Чйи, резко отодвигаясь от дальномера, — Ну почему!..
— Не расстраивайся, ладно? — сказал Вон-Со, — Это война, она кончится, и все…
— Да, она кончится, но как я это забуду?
— Ким-Чйи, — с некоторым оттенком строгости сказал комсорг, — Слушай! Мы сначала должны победить, а потом будем жить по-человечески…
— …Если не разучимся, — тихо договорила она.
— Нет, не разучимся! Мы ведь воюем за справедливое дело!
— Ох-ох. Наверное, Вон-Со, ты прав, а я слишком устала, и слишком много смертей…
— Ничего, — произнес капо Коломбо, тоже глядя в бинокль, — сколько-то живых они тоже тащат, а нам не так много и надо. За мертвых, конечно, тоже придется заплатить, чтобы получилось честно. А за живого надо дать премию, потому что будет не честно дать за живого легионера столько же, сколько за мертвого. Ясно же, что живой дороже…
— Ты так спокойно об этом рассуждаешь, — заметила Ким-Чйи.
— На войне, — авторитетно сообщил он, — надо обо всем рассуждать спокойно.
— Коломбо прав, — сказал Снэрг, — лучше отбросить эмоции, чтобы не спалить мозги.
…
Атолл Киритимати лежит в 3300 км восточнее Таравы и в 1500 км южнее Гавайев. Это крупнейший атолл в мире по площади суши: более 300 кв. км. По существу, это плоский остров, вытянутый на 70 км, с мелкой лагуной, открывающейся к северо-западу. Во внутреннем (восточном) конце лагуна распадается на сотни мелких соленых озер. Растительность бедная: кустарник, травы-суккуленты и, конечно, кокосовые пальмы.
Лейтенант 75-го элитного полка рейнджеров, Филипп Макфи, сидел на белом песке под пальмой и смотрел на океан. Если точнее, то он смотрел на большой кокосовый орех, болтающийся в волнах прибоя. При этом, лейтенант жевал сухую травинку и морщился: травинка была горькая. Будь лейтенант курящим, он бы закурил — при условии наличия сигарет. Рядовой Натан Джонсон, из того же полка, был курящим и сейчас, выпросив у лейтенанта увольнение на два часа, метался по окрестностям расположения отдельной инструкторской роты в поисках любого табачного изделия. Окрестности — это северный сектор атолла Киритимати (северо-восток Республики Кирибати), куда инструкторскую сводную роту регулярного спецназа США отправили для поддержки полков двух частных военных корпораций «White-Water» и «Groom». Эти два полка (по 2500 бойцов в каждом) перебрасывались сюда самолетами C-130 «Hercules» с Оаху — Гавайи. Вместимость данной модели — сто человек, или 20 тонн груза, самолетов участвовало 4 штуки, а возможности аэропорта Кассиди на севере Киритимати и запасного аэродрома Санд-Лагуна на юго-западе, были ограничены, так что возиться предстояло долго.
После недавних событий на Тинтунге, завершившихся взрывом огромного количества аммонала в Лантоне и почти полной гибелью экспедиционной группировки, от взвода лейтенанта Макфи осталось всего пятеро, из них в строю — двое: собственно, Макфи и рядовой 1-го класса стрелок-радист Джонсон. И сейчас эти двое, вместо ожидаемого отпуска на Гавайях после боевой операции, были всунуты в инструкторскую роту. Так начальство оценило их «опыт боевых действий против специфического противника». Специфический противник — это Народный флот Конвента Меганезии, с которым оба оставшихся рейнджера действительно имели дело на Тинтунге — но вовсе не в бою, а наоборот: меганезийцы эвакуировали американцев, уцелевших после взрыва аммонала. Разумеется, большое начальство не придает значения таким мелким неточностям.
Неприятности Макфи и Джонсона не исчерпывались отправкой в инструкторскую роту вместо отпуска. Было и еще кое-что: ротой командовал полковник Аксель Браун, тоже имевший «опыт боевых действий против специфического противника». На самом деле, полковник Браун только представлял армию США на островке Вастак, в ходе передаче эвакуированных американских солдат, но (см. выше) — большое начальство не придает значения таким мелким неточностям. Попасть в команду Акселя Брауна — это такая же неприятность, как переродиться вьючным ослом при повороте колеса Кармы. Бывалые морпехи шутили, что для бойцов под руководством полковника Брауна реальная война становится долгожданным отпуском после ужасов тактико-технической подготовки.
