— Я сказал, что у нас безопасно в смысле акул. Но мелкие акулы есть, они там растут примерно до метрового размера, а потом уходят в океан. У нас есть настоящие белые акулы, голубые акулы, тигровые акулы, и акулы — молот, но еще маленькие и потому абсолютно безопасные для человека. А многие туристы мечтают снять фото-сессию с настоящими акулами, но по-человечески боятся лезть к большим хищным рыбам, и с дайверской подготовкой у большинства туристов вовсе не так хорошо, чтобы нырять экстремально в открытом море. Вот я и придумал акулий угол в лагуне. Прикормил некоторое количество акульей мелочи, и начал сшибать деньги с туристов. Потом, на фотографиях и роликах непонятно, что акулы маленькие, вот в чем фокус.
Рут, от избытка чувств, стукнула кулаком по своему колену.
— Зачетный фэйк! Респект, дядя Ематуа! А humi в то время уже были на Тувалу?
— Да, — меланезийский авиа-инженер кивнул, — движение «Humanifesto» появилось на архипелаге в разгар туристического бума. Но, тогда они еще не назывались humi, и не афишировали свое присутствие. Они тихо скупали участки под будущую колонию, и прикармливали тувальских чиновников, чтобы те ничего не замечали. А я втянулся в «Humanifesto» из-за баптистов. Вы знаете баптистов?
— Знаем! — Ормр кивнул, — Полное говно. Только при чем тут авиа-инженерия?
— Я рассказываю. В том году атолл Фунафути был выбран для проведения конгресса баптистов Океании. Подготовка началась месяца за три, и нас просто достали этим баптизмом. Особенно нас возмущало, что чиновники мэрии, полисмены и учителя, которым организаторы дали немного денег, начали докапываться до всех юниоров на предмет соблюдения каких-то баптистских правил в одежде, и… В общем, достали. Появилось огромное желание подложить этому конгрессу свинью. С этой целью мы скинулись по несколько баксов, и прикупили кое-какие штуки. А мне было поручено построить средство доставки, как выражаются военные. И вот, я творил из подручных средств маленький шедевр: беспилотный аппарат для точечной бомбардировки под телеуправлением с обычного авиамодельного пульта. Образование у меня тогда было школьное среднее, так что работать мне приходилось интуитивно.
— А чем бомбили баптистов? — нетерпеливо спросил Ормр.
— О! — Ематуа поднял палец к небу, — Это была идея одной очень хулиганистой девчонки. Мы сперли на свалке супермаркета замечательный муляж человеческого черепа. Я не знаю, была это игрушка на Хэллоуин, или пособие для студентов медицинского колледжа. Череп легкий, из тонкой пластмассы, и его кто-то продавил при транспортировке или погрузке. Так он попал на свалку, а оттуда — к нам. Девчонка придумала, как раскрасить и декорировать этот череп, чтобы произвести на баптистский конгресс яркое впечатление. И вот, настал день, который определил мою будущую профессию. Стояла прекрасная погода. Лидеры баптистов, и чиновники из тогдашних властей Тувалу, собрались за столом, под открытым небом, в прямом эфире местного TV. А мы сидели в лодке, и выбирали момент. Мы волновались, как Королев и Гагарин в СССР перед первым полетом человека в космос. Вот, наше полутораметровое «летающее крыло» с прицепленным снизу пластиковым черепом, отправилось в путь. Экран нашего пульта был маленький, изображение хреновое, управлять непросто. Мне приходилось сверяться с изображением по TV. Но, когда в камеру репортера попало «летающее крыло», я сориентировался, выполнил боевой разворот, нажал кнопку и…
— …И? — эхом отозвалась Рут.
— …И череп, декорированный, как бы, ошметками окровавленного мяса, шлепнулся на огромный фруктовый торт, в центр стола! Это было, как Хиросима! Увы, я немного не рассчитал маневр ухода. Освобожденное от груза «летающее крыло» перевернулось и грохнулось на стол, опрокинув несколько бутылок. Такой финальный аккорд добавил драматической экспрессии в это шоу, но наш бомбардировщик попал в руки полиции. Вероятно, у нас были бы неприятности, ведь открытие конгресса оказалось сорвано, и дознание взял на контроль генерал-губернатор — по крайней мере, так объявили по TV. Генерал-губернатор тогда был серьезной фигурой. А последнего генерал-губернатора расстреляли недавно, по списку агентов британского неоколониализма. Пожалуй, мы поступили резковато, расстреляв и его, и всех министров, и всех чиновников филиала азиатско-тихоокеанского банка, и всех священников. Надо было депортировать…
Фнир, продолжая смотреть краем глаза на монитор лидара, махнул рукой.
— Знаешь, дядя Ематуа, может, расстрелять, это резковато, зато надежно.
— А что было дальше в истории с черепом и «летающим крылом»? — спросила Рут.
