— Тот Сэм, подружу которого зовут Шарлота? — уточнил лидер стимпанков.
— Да, тот самый. Он говорит, есть какое-то срочное дело, вопрос жизни и смерти.
— Ладно, давай… — Йожин взял трубку, — …Aloha, Сэм! Какой там супер-вопрос?
В трубке послышалось сосредоточенное покашливание, свидетельствующее о том, что абонент концентрируется на предмете разговора, а потом голос Пумпкинса:
— Aloha, Йожин! Ты уже знаешь про гавайскую чуму?
— Гавайскую чуму? Это что еще?
— Это то, чем заразились бойцы миротворческой экспедиционной бригады.
— А, знаю. Видел что-то такое по CNN. Ну, и?..
На самом деле, Йожин знал о «гавайской чуме» (как окрестили репортеры неведомое инфекционное заболевание) гораздо больше, чем Пумпкинс мог себе представить, но притворился простым мало информированным телезрителем. И Пумкинс продолжил.
— …Так вот, четверо отличных парней сейчас на моту Мотуко, на Тинтунге, реально умирают от этой чумы. У них ни лекарств, ни воды, ни транспорта.
— Ну, и?… — повторил Йожин.
— Что «ну и»? — возмутился Пумпкинс, — Ты представь, четверо отличных парней…
— Сэм! — перебил лидер стимпанков, — Какого хера они приперлись на Тинтунг?
— Они не приперлись! Их туда послали!
— Сэм! Их послали с военной миссией против нашей страны.
— С миротворческой миссией, Йожин!
— Сэм, не трахай меня ментально! Они агрессоры, и точка.
— Отличная отговорка, Йожин! Скажи, ты будешь спокойно спать, зная, что они там умирают? Тебе потом ни разу в жизни не станет стыдно, что ты их не спас, хотя ты запросто мог это сделать? Ну, скажи честно!
— Сэм, не дави мне на гуманизм! Эти ваши миротворцы вот-вот начнут сносить наш чудесный атолл Этена ракетами большой дальности. А ты меня тут агитируешь…
— Йожин, если четверо моих друзей умрут, тебе станет легче?
— Так, Сэм. Короче: чего ты от меня хочешь?
— Просто, вытащи их. Вот и все.
— Ага, щас, — буркнул лидер стимпанков.
— Подожди, Йожин, не говори «нет»! Скажи, ты веришь в судьбу?
— Алло, Сэм, ты хороший парень, но прекрати эти миссионерские заходы.
— Это не миссионерский заход, — возразил Сэм, — это факт! Четверо парней, о которых я говорю, уже были на Тинтунге, и ваши партизаны их спасли.
— Что-что?
— Я повторю. Эти четверо были на Тинтунге 1-го ноября, и ваши партизаны…
— …Как зовут этих твоих парней? — перебил Йожин.
— Можешь записать, — сказал Сэм, — это двое рейнджеров: лейтенант Филипп Макфи и рядовой Натан Джонсон, еще Енох Ханвил, сержант «морских котиков», и четвертый Патрик Кловер, рядовой спецотряда «Дельта».
— Я записал. Вот как играет Фортуна — Паоро. А есть прямая связь с этой четверкой?
— Есть, — ответил Пумпкинс, — запиши номер их спутникового телефона.
Как дальше двигались в системе Народного флота кванты информации относительно обстановки с отрезанным американским подразделением на моту Мотуко — не важно. Главное, что за оставшуюся часть светового дня, эта информация попала по нужным адресам, и были приняты решения, четко ложащиеся в стратегический план молодого проконсула Визарда Оза (с учетом поправок внесенных его коллегами — старшими по возрасту и имеющему опыт настоящих войн, а не только виртуальных игрушечных).
А потом солнце провалилось сквозь западный горизонт и, мигнув на прощание тускло-красным лучом, утонуло в океане. Последний день первого календарного года Хартии близился к финалу. Но, до Нового года еще многому предстояло произойти. На ракетных эсминцах Тихоокеанского флота США, находящихся в составе миротворческой эскадры, несколько севернее Гуадалканала, готовились к залпу ракетами «Томагавк». А на атолле Кваджалейн (Маршалловы острова), на моту Мек персонал специальной базы ВВС/ВМФ США выполнял предстартовую процедуру аппарата Boeing-MD «Waverider». В 19:02 (с двухминутным отставанием от графика), этот аппарат, напоминающий футуристический сверхзвуковой беспилотный истребитель с геометрически-точным граненым профилем и радикально укороченными крыльями, успешно стартовал с катапульты-ускорителя…
«Waverider» взлетел на высоту более десяти миль и разогнался до мили в секунду. Даже в стратосфере, трение о воздух при такой скорости раскалило его головной обтекатель до красного свечения. Он летел на юго-восток, и авиа-наблюдатели Народного флота легко засекали его. Множились пометки в электронных планшетах. Программы — имитаторы довольно быстро расшифровали алгоритм курсового процессора этого гиперзвукового крылатого снаряда, и передали эту информацию пользователям.
«Алло, Стимбург! К вам летит Waverider, он прошел восточнее атолла Тарава, у вас будет через 20 минут. Следите за обновлениями данных. Через 10 минут наблюдатель в районе Тувалу уточнит, куда именно хочет попасть эта штука».
Прошло 10 минут, и появилось обновление:
«Алло, Стимбург! Этот Waverider ориентирован в самый крупный корабль около ваших пирсов. Срочно уберите оттуда людей и все ценное! У вас девять с половиной минут!».
Йожин Збажин ответил в микрофон:
— Принято, Тувалу, Мы успеем, — и, переключив коммуникатор в режим локальной связи, приказал, — Хэй! Проверьте, нет ли кого на танцплощадке, и держитесь от нее подальше!
