Возникла пауза. Снова заскрипели квадратные извилины полковничьих мозгов. Как и многие другие боевые офицеры США, Браун не доверял арабским союзникам, и у него имелись веские основания для этого. Правители Саудовской Аравии и Катара открыто поддерживали исламский экстремизм, и вооружали группировки, от терактов которых погибло за последние четверть века больше американских солдат, чем во всех прямых боевых действиях, которые вело правительство США в этот период.
— …Значит, — сказал полковник, — проблема в мусульманах из эмиратов.
— В значительной мере, да, — подтвердил меганезийский комэск.
— Ладно, — Браун кивнул, — А если бы тут была чисто американская корпорация?
— Почему «если»? — Элболо артистично изобразил удивление, — Бизнесмены и ученые из вашей страны, создают здесь фирмы, и Трибунал постановил оказывать им содействие. Легкие автожиры «Hopi», на которых мы прибыли, построен американской фирмой по проекту американского ученого Сэма Хопкинса, который сейчас работает в Меганезии.
— Вот как… — произнес Браун, — …Очень интересно, но я не могу делать выводы, это не в компетенции командира полка. Я передам ваши слова руководству в Перл-Харборе.
На этом стороны и расстались, вполне дружески. Траулер «Ламантин» вышел в море рыбачить на мелководной банке вокруг Вастака. Пара американских конвертопланов улетела на север, через Киритимати на Гавайи. А пара автожиров взяла курс на остров Флинт, лежащий в 160 км к югу — юго-востоку от Вастака.
Ми-Го, вновь занявший привычное место за штурвалом, обратился к Октпо.
— Скажи, претор, а если бы янки попробовали тебя арестовать?
— Что ты! Если бы они начали меня арестовывать, то наша группа прикрытия могла так врезать по ним, что они бы быстро вспомнили провал в Заливе Свиней на Кубе.
— А… — произнес Ми-Го, — …значит, в том кустарнике была наша группа прикрытия?
— Нет, — претор качнул головой, — но янки были уверены, что она там есть. Рефлексия.
— Что? — переспросил пилот.
— Рефлексия, — повторил Октпо, — Будь янки на нашем месте, там бы было прикрытие.
— Ага! Психология, верно, претор?
— Верно. Это военно-прикладная психология. А скажи, Ми-Го, ты случайно не знаешь, почему Смок и Глип Малколм назвали эту модель автожира SAM «Hopi»?
— Знаю. SAM это, ясное дело, «Simple Aircraft Malcolm», а «Hopi», это такие индейцы, которые придумали звездный календарь круче календаря майя.
— Индейцы… — буркнул Октпо, — …А кто придумал Сэма Хопкинса, владельца блога, на котором рекламируется эта модель автожира?
— Маленькая мисс Хрю Малколм, — ответил Ми-Го.
— Надо же! Эта девчонка далеко пойдет! В 13 лет придумать великого ученого…
— Вообще-то, претор, она его придумала, когда ей было 12 лет. И с чего это он великий ученый? По-моему, просто виртуальный персонаж. Занятный, конечно, но и только.
— Нет, Ми-Го, в действительности, Сэм Хопкинс великий деятель военной науки, я бы назвал его демоном современной войны, никак не меньше.
— В действительности? — скептически переспросил пилот.
— Да, — Октпо-Рулетка кивнул, — в действительности все иначе, чем на самом деле. И это правильно. У Сэма Хопкинса не сложилась карьера в прошлом, зато в будущем…
— …Сложится? — слегка иронично спросил пилот.
— Конечно, нет, — Октпо улыбнулся, — но, его труды получат всемирную известность.
ИНФОРМАЦИЯ К РАЗМЫШЛЕНИЮ: Оригинальная база доктора Упира.
Номинально, Флинт — это необитаемый остров в полинезийских Спорадах на востоке Республики Кирибати. Ближайшее к нему официально-обитаемое место — огромный, но довольно слабо населенный атолл Рангироа в супер-архипелаге Туамоту (Французская Полинезия), но до этого места 600 км на юго-восток. Остров Флинт представляет собой плоский 4-километровый коралловый ромб, похожий на стрелку компаса, сбившуюся с точного направления север-юг. Если смотреть внимательно, то Флинт это торчащий над водой хребет предельно мелководной коралловой банки значительно большего размера — примерно 7 км в диаметре. Из-за этих коралловых рифов у поверхности, высадка с моря на Флинт — рискованное занятие. Но, в период расцвета добычи гуано (середина XIX века), ничто не могло остановить западных бизнесменов. На Флинт прибыли рабочие, вырыли несколько карьеров, построили рельсы для вагонеток, и грузовой причал. Увы: напрасно. Спрос на гуано упал — Флинт опустел. А в начале XX века возник бум на копру, и опять прибыли рабочие. Они высадили на Флинте 30 тысяч (!) кокосовых пальм, но увы: тоже напрасно. Началась Первая Мировая война, и плантация была заброшена. С тех пор на Флинте никто не занимался бизнесом — до прибытия доктора Упира и его команды. С точки зрения постороннего наблюдателя, остров Флинт от этого не изменился: такой же необитаемый остров, сплошь покрытый одичавшей кокосовой плантацией…
Ми-Го посмотрел вниз с высоты птичьего полета и проворчал:
— До чего я не люблю эти фокусы дока Упира с маскировкой.
